|
Лингвистические занятия Гоголя были тесно связаны с широким комплексом его интересов в области истории и географии России, с изучением этнографии и народного быта, с патриотическими идеями великого писателя. Материалы для словаря русского языка подводят итог многолетним занятиям Гоголя в области русского языка. Как видно из предисловия Гоголя к словарю и из самого характера собранных им материалов, цель, которую ставил перед собой Гоголь, заключалась в широкой мобилизации всего богатства лексических запасов русского языка в различных его стилистических и исторических слоях, как живых, так и книжных.
Как показал Н. С. Тихонравов, при работе над словарем Гоголь использовал литературные источники и материалы, собранные им самим или через посредство знакомых и друзей (в частности — П. М. Языкова) из живого говора. Основные книжные источники, использованные Гоголем: 1) Словарь Академии Российской, ч. 1–6, СПб., 1789–1794; 2) второе издание того же словаря, ч. 1–6, СПб., 1806–1822; 3) Русско-французский словарь Ф. Рейфа. СПб., 1835; 4) Словарь церковно-славянского и русского языка, составленный вторым отделением Академии наук. СПб., 1847. Из этих источников Гоголь наиболее часто пользовался русско-французским словарем Рейфа, который представлял собою одновременно этимологический словарь русского языка (слова в нем были расположены в порядке корней), и словарем второго отделения Академии наук. К материалу, почерпнутому из этих книжных источников, Гоголь присоединил ряд слов, которые отсутствуют в указанных словарях: «душистник», «кухлянка», «орью орать», «набуровить», «малоречие», «погадка» и др., взятые из живого народного говора. Кроме того, давая определения слов, Гоголь нередко дополнял определения, даваемые словарем, или заменял их своими. Записи публикуемой тетради составляют лишь часть материалов, собранных Гоголем для словаря. К ним следует добавить те словарные материалы, которые содержатся в записных книжках Гоголя. Возможно, что самая мысль об издании словаря русского языка возникла у Гоголя в связи с теми богатейшими словарными запасами, которые постепенно накопились в его записных книжках с начала 1840-х годов. Кроме того, с материалами для словаря связаны, вероятно, выписки из «Домостроя» по изданию 1849 г. («Домострой благовещенского попа Сильвестра. Сообщено Д. П. Голохвастовым». М. 1849), которые сохранились среди бумаг Гоголя (хранятся в ЛБ, опубликованы Г. П. Георгиевским в книге «Памяти В. А. Жуковского и Н. В. Гоголя», в. 3, СПб., 1909, стр. 115–118 и 442–446).
Печатается по автографу (ЛБ; шифр М. 3213 № 19). На обороте зачеркнуто «К двум вышеупомянутым закладодержателям присоединились и мы, нижеподписавшиеся, с бутылкою шампанского: первый к Гоголь-Яновскому, а второй к сироте Пащенко. В. Прокопович. Алекс. Данилевский». Шутка возникла в Петербургском кружке нежинских «однокорытников» Гоголя в 1835 г. или в начале 1836 г. (Данилевский приехал в Петербург в 1835 г. и уехал 6 июня 1836 г. за границу вместе с Гоголем). Напечатана впервые в «Сочинениях», 10 изд., т. VI, стр. 453–454.
Печатается по автографу (ПБЛ). Напечатано в Прибавлениях к «Московским ведомостям» № 28, 6 апреля 1840 г., стр. 426 под № 90 и повторено в №№ 29 и 31 от 10 и 17 апреля. При помещении «объявления» в газете редакция уничтожила его шутливый характер и придала ему форму обычного газетного объявления («Некто, не имеющий собственного экипажа, ищет попутчика до Вены, имеющего собственный экипаж, на половинных издержках. На Девичьем поле, в доме проф. Погодина; спросить Николая Васильева Гоголя»). По автографу опубликовано впервые в «Отчете ПБЛ» за 1889, стр. |
