— Мне Козлова надо забрать! 0 не сказав ни «здрасти», ни «до свидания», Слава подбежал к столу дежурного офицера.

— Во-первых, доброе утро! — дежурный по изолятору встретил сотрудника прокуратуры неприветливо: — А, во-вторых, вы там со своими адвокатами разберитесь! С утра один врывается, скандал устраивает, второй двери ломает и орет…

— Кто куда врывается? — не понял Слава: — Да, мне, в принципе, по фиг. Козлова мне отдайте, за Пограничной прокуратурой числится.

— Во-первых числился, ровно до семи часов утра. Во-вторых, врываетесь и скандалите вы и адвокат Козлова. В-третьих, он его забрал.

— Кого забрал? — Слава стал подозревать, что опоздав приехать к семи часам утра в ИВС, он совершил фатальную ошибку.

— Адвокат Козлова в семь часов утра прибежал к нам и устроил скандал. — медленно, как маленькому ребенку или слабоумному, стал объяснять дежурный офицер: — Теперь вы скандалите. Решать надо с вашими адвокатами и не бегать друг за другом. У вас все, а то мне смену надо сдавать.

— Да мне по фигу до вашей смены! — Слава продолжал тупить, просто отгоняя от себя подозрения, что адвокат Козлова приехал сюда не просто так: — Задержанного дайте мне и делайте что хотите.

— Да, бля… ты что такой тупой! Третий раз тебе говорю — Козлова твоего в семь часов утра забрал отсюда его адвокат. Все, если до тебя наконец это дошло, то иди отсюда, а то у нас пол вымыт — натопчешь.

— Да как вы Козлова то отдали, вам же вчера звонили, чтобы вы его не выпускали!

— Знаешь что! Вы с адвокатом договориться не можете, а теперь мозг мне выносите. Иди, сам разбирайся со своим задержанным, а я не имел право держать человека после семи часов утра, когда тут адвокат ножками топочет. Все, свободны.

— Видео можно посмотреть. Перешел на миролюбивый тон Слава. Дежурный смерил его тяжелым взглядом, было видно, что ему хотелось послать помощника далеко и еще дальше, но он пересилил себя и потянулся к пульту.

Через пять минут выяснилось, что Михаил Козлов уехал от здания ИВС на той же самой машине, что приехал Вячеслав Михайлович, и, если бы помощник прокурора не бежал, не глядя по сторонам, к калитке входа, а посмотрел по сторонам, на лица собравшихся людей, то ситуацию можно было вполне исправить.

Вне себя от гнева и страха за сорвавшееся мероприятие, Вячеслав Михайлович двинулся прочь от здания ИВС, раздумывая, во сколько позвонить боссу, чтобы доложить о новой неудаче. Пока было слишком рано, можно было прожить еще пару часов в неведении о том, какое наказание обрушится со стороны начальства.

Помощник прокурора шел по пустым, по причине раннего утра выходного дня, улицам, когда вчерашний кошмар повторился — кто-то подкрался сзади и сорвал с головы сотрудника прокуратуры форменную фуражке. Вячеслав Михайлович резко обернулся — в паре шагов от него врастопырку стоял и кривлялся какой-то Квазимодо. Это был невысокий уродец, с косолапыми, расставленными слишком широко, кривыми ногами. Тело уродца, скорее всего принадлежало ребенку, так как из-под опущенного капюшона, потертого худи раздавались дурацкие смешки и всхлипывания, как будто особенный человек втягивал себе в рот, текущие из носа, сопли.

— Хе-хе-хе! — захихикал особенный человек и, хлопнув себя по заднице, тульей фуражки, побежал в сторону жилых домов, неловко, но удивительно быстро переставляя искривленные ноги. Фуражку было жалко. Кроме того, что она делалась на заказ и стоила шесть тысяч, но она была нужна уже сегодня. Вячеслав Михайлович подозревал, что его ждут разборки с руководством, которые не будут отложены на завтра, и явится под гневные очи начальства с непокрытой головой было немыслимо.