В конце концов есть молодой помощник адвоката Люся, что готова примчаться в любое время для подготовки к любому процессу, естественно судебному. Зарплата позволяет питаться в приличных кафе, а носки с трусами Слава носил одноразовые, просто выбрасывая ношенное белье в мусор.

— Вот пожалуйста, ваш кофе и вафельки! — на стол пред помощником мягко положили чашечку из тонкого фаянс с капучино и блюдце с парой румяных вафель. Водитель фургона недовольно хрюкнул — ему вафель было не положено, постовой не тратил впустую ценные ресурсы.

— Может быть чего-то еще?

— Нет, Василий, спасибо! — Слава сделал глоток. Он охранника понимал. Сидишь тут, при кофе — машине сутки через трое, зарплату имеешь в два раза больше, чем у полицейского, что рискует каждый день на улице, а до пенсии надо отсидеть те-же двадцать лет. Вот и суетится постовой, вылизывая попу тем, кто имеет в прокуратуре хоть какой-то вес.

Выпив кофе и съев удивительно мягкие вафли, до которых сожительница Василия была мастерица, Слава отставил чашку и кивнул водителю. Тот понятливо встал и вышел. Слава подошел к высокому, в полный рост зеркалу, что стояло тут же, на посту охраны, поправил форменный галстук и шагнул за порог, на улицу.

— Вася, Василий, можно тебя на минуточку? — вместо того, чтобы заводить двигатель, водитель стоял в двух шагах от фургона с надписью «Прокуратура Союза» на боку, со странным выражением лица.

— Почему не едем? Времени уже в обрез осталось, нам до семи надо в ИВС быть! — Слава раздраженно обошел замершего водителя и шагнул к кабине.

— А мы уже приехали!

— Что? — Слава проследил за взглядом водителя и у него перестало биться сердце — все покрышки колес служебного фургона имели боковые порезы.

— Василий!

— А что Василий? Вы мне сами сказали, вам кофе сделать… — проштрафившийся охранник натурально плакал — обязанность за наблюдением за служебной стоянкой с него никто не снимал.

— Пошли камеры смотреть! — водитель потащил охранника в здание, на пороге обернулся к Славе: — вы пойдете?

Вячеслав Михайлович досадливо отмахнулся — кто бы не испортил колеса служебного транспорта, у помощника прокурора была более насущная проблема, чем поиск виноватых в диверсии. Слава достал из кармана смартфон и начал искать приложение заказа такси.

«Здравствуйте! Желаете вызвать машину класса комфорт плюс?»

— Да нах! — палец помощника прокурора попал куда то не туда, и картинка на экране лидера линейки «Яблоко» зависло в неустойчивом равновесии. Пара минут Слава пытался реанимировать навороченный аппарат, но положительного эффекта не было. После чего пришлось уходить на перезагрузку. Включившись, смартфон сообщил вопящему от досады сотруднику прокуратуры, что его аппарат давно не обновлялся, обновление займет всего одну, две…пять минут.

К высокой ограде, обрамляющее здание изолятора временного содержания, Слава примчался на машине класса «Эконом-плюс» в семь пятнадцать утра. Не глядя на стоящих поодаль людей, помощник прокурора кинув таксисту двести рублей и какую-то мелочь, подбежал к калитке и, с силой, вдавил кнопку звонка. Очень хотелось пинать запертую дверь, но Слава понимал, что это уже перебор, да и обувь было жалко — в последние годы качество кожаной обуви существенно упало, поэтому он удовлетворился непрекращающимся жужжанием электрического звонка.

— Сейчас у меня кто-то по…бальничку получит! — жизнерадостно сообщили из глубин изолятора и калитка, наконец-то, распахнулась.

— Сам не получи! — слава оттолкнул надзирателя и побежал вверх, в помещение дежурки.