А я стану тебе помогать. Кстати, князь, я приказал привезти сюда Сару, мою любимую дочь.
Нубти-Сет внутренне поморщился, но внешне ничем не показал своего неудовольствия. Князь хорошо знал эту главную слабость Якубхера. Он любил свою дочь и прочил её в жены князю.
"Как не вовремя она едет сюда, — подумал Нубти-Сет. — Якубхер ждет от меня, что я стану просить отдать мне её в жены. И обидеть его нельзя. Тогда он сразу же станет моим врагом. Но и торопиться не следует".
— Ты не рад этому, князь? Я совершил ошибку, приказав ей прибыть сюда? — голос Якубхера дрогнул.
— С чего ты взял? Красавица — награда для героя. Видеть Сару наслаждение. Такой девушки я не встречал уже давно, хотя повидал их немало.
— И моя дочь желает видеть тебя, князь. И я рад, что сумел тебе угодить.
"Чтоб ты пропал вместе с ней", — мысленно проговорил князь.
— И тебе представиться возможность взять её своей женой, князь. Сара дочь воина и не последнего человека в племени гиксов.
"А, он достаточно откровенен. И прямо говорит о том, чего ждет от меня. Но не так все скоро делается. Вот бы хорошо, если бы корабль на котором она сюда плывет захватили люди Секененра".
Но вслух князь произнес иное:
— Так и будет Якубхер, клянусь головой Апопа, так и будет! А вот наши разведчики вернулись. Что там?
— Они на колесницах, князь! — донес разведчик.
— И много их? — спокойно, без тени сомнения, спросил Нубти-Сет.
— Кто знает? Похоже, что где-то тысяча.
— Что? Удивился Якубхер? Тысяча? А ты ничего не мог напутать?
— Я точно не мог определить численность, но у них не менее 700 колесниц.
Якубхер посмотрел на князя. Глаза Нубти-Сета по-прежнему горели решительностью.
— Князь, что станем делать? Если разведка не ошиблась, то…
— Наступать, и еще раз наступать! Меня не пугает их число. Мои воины горят желанием битвы! Разве ты не видишь?
— Вижу, но…
Князь не стал дальше слушать и отдал приказ двигаться вперед. Он шел туда, где его ждал враг. Теперь каждый их них самостоятельно правил своей отдельной колесницей. Полководцы показывали воинам свое высокое искусство…
Секенера также уверенно шел вперед. Он указал рукой на облако пыли вдалеке. Это были колесницы врага.
— Смотри, сын! — фараон обратился к принцу Камосу на приближающиеся колесницы гиксов. — Вон там наши враги! И сейчас пришел час показать им кто хозяин в стране Кемет!
— Я готов следовать за тобой, отец и государь!
— Ты не боишься? Это твой первый бой.
— Нет, отец. Боя первый, но схватка уже далеко не первая. Я умею смотреть в лицо опасности.
— Но не стоит тебе понапрасну совать голову в пасть смерти. Сражайся мужественно, но сохрани свою жизнь. Она еще будет нужна Египту после моей смерти, сын. Вперед!
И масса египетских колесниц, сохраняя дистанцию, устремилась в свой первый бой. Фараон приготовил лук, и его пальцы крепко впились в древко стрелы. Он сам волновался.
Нет! Секененра не боялся за собственную жизнь. Он был готов принять смерть, но ему было нужно видеть победу его молодой армии, и знать, что борьба после его смерти продолжиться.
"Главное чтобы наши воины не дрогнули! Ведь мы еще не побеждали гиксов до этого!"
Секененра посмотрел на своего возницу и увидел, что тот совершенно спокоен и не проявляет признаков страха.
Колесницы сближались! И когда эти грохочущие повозки столкнуться, на песке появляться пятна крови и будут лежать окровавленные и исковерканные тела людей и лошадей. |