Дремотный покой наполнял сад; только пчелы порой нарушали тишину. Тишина убаюкивала; Джанет то ли дремала, то ли видела сны наяву. В этих неясных видениях преобладал образ Крейга Флеминга во всех его меняющихся настроениях — то резкий и отчужденный, то улыбающийся и дружелюбный, а то колючий и сердитый.

Она вспомнила первый свой месяц здесь, когда он умышленно избегал ее. Казалось, едва познакомившись, он решил держать ее на почтительном расстоянии. После смерти Неда все ее чувства были обострены, и люди вокруг старались быть к ней повнимательней. Отношение Крейга было внове для нее и почему-то больно задевало. Более того: в его присутствии она теряла уверенность в себе и едва могла беседовать с ним. И вдруг внезапный и поразительный интерес, который он проявил к ней в тот вечер, когда они вышли пройтись; а потом — прогулка по городу, во время которой сдержанность между ними перешла в задушевность. По крайней мере, Джанет это ясно ощутила. И наконец, его поразительно властное поведение прошлым вечером. Просто знакомый не мог бы так поступить, только человек, имеющий право требовать с нее ответа за ее поступки.

Разморенная теплом и дремотой, Джанет закрыла глаза. Все это сбивало с толку… но так ли уж это важно…

Услышав шаги, Джанет открыла глаза и приветливо улыбнулась — это пришла Гвен.

— Как болеется? — Гвен опустилась на траву рядом со стулом Джанет. — Тебе, я вижу, уже лучше.

— Гораздо лучше, спасибо. Как дела в школе? Я всех здорово подвела?

— Твой класс взяла директриса. Ей полезно будет вспомнить, каково учителю на уроке.

— А тебе доставляет удовольствие каждая минута! — засмеялась Джанет.

— Пожалуй, да, но и я устала. Наверное, из-за жары.

— Знаешь, нам здорово повезло: нам платят за работу, которую мы делаем с удовольствием. Не каждый любит свою работу. — Джанет взяла книгу и, задумавшись, уронила ее в траву. — Я чувствую себя симулянткой… бездельничаю тут, в саду.

— Не казнись. Меня тоже так воспитали. Когда Четин сказал о твоей болезни, до меня дошло, почему я не смогла распознать ее. Мы ведь думали, что ты подцепила гепатит.

Вспомнив, как Крейг рассматривал ее лицо, Джанет поняла, что и он не исключал такую возможность.

— Значит, Четин тебе все передал? — произнесла Джанет с легким смущением. — Ты извинилась за меня перед Терезой?

Гвен кивнула.

— Четина рассердило, как Крейг обошелся с ним.

— О… — смогла лишь вымолвить Джанет, густо покраснев.

— По словам Четина, Крейг вел себя по-хозяйски… или как старший по званию, — продолжала Гвен.

Джанет, смутившись, устремила взгляд на куст розового олеандра, резко выделявшийся на фоне спокойной зелени лужайки. Она подумала, что Крейг, вероятно, и вправду был резок с Четином, учитывая его откровенную неприязнь к симпатичному молодому турку. Конечно, его поведение в данной ситуации могло показаться странным, но Джанет не находила слов ни для объяснения, ни для извинения.

— Крейг, похоже, вдруг заинтересовался тобой, — заметила Гвен.