— Здесь чудесно… Я так благодарна тебе за приглашение, Крейг. — Она замолчала. — Мне ужасно хотелось побывать здесь, — призналась она, — хотелось увидеть настоящий турецкий дом изнутри.

— Так почему же ты давно не сказала об этом? — Крейг взглянул на нее почти сердито. — Ты могла бы приехать в любой уик-энд… и все приличия были бы соблюдены, — добавил он с легкой иронией, когда ее выражение лица вдруг изменилось. — Та супружеская пара, которую ты видела в доме, живет здесь постоянно, присматривают за домом. — Он взял ее за руку, уводя с мокрой полосы песка. — Ты была бы здесь в полной безопасности, уверяю тебя.

Она удивленно подняла глаза, увидела его насмешливую улыбку и тоже улыбнулась.

— Я знаю, но я не решалась попросить. Тебе нужны уединение и покой, чтобы закончить книгу; ты же сам говорил.

— А как твое присутствие могло бы помешать моей работе? — поинтересовался он, все еще с улыбкой. — Ты могла бы мне даже помочь.

— Не думаю, — ответила Джанет с сомнением в голосе и еще раз подумала о том, что же именно рассказал ее брат Крейгу о ней. И как бы отвечая на ее вопрос, Крейг сказал:

— Марк говорил, что ты хорошо разбираешься в археологии…

— Не так уж хорошо, — прервала она, покраснев. — Марк вечно преувеличивает.

— Но ты же участвовала в раскопках?

— Да.

— И редактировала статьи?

Она кивнула.

— Я прослушала несколько курсов в университете. У нас был замечательный профессор. — Она назвала его имя. Крейг не только знал его лично, но и работал с ним в Лондоне над одной интересной находкой несколько лет назад.

— Значит, Марк вовсе не преувеличивал, — сделал вывод Крейг и неожиданно попросил: — Ты не могла бы мне помочь, Джанет?

Опять накатило чувство необъяснимого страха, инстинктивное стремление держаться подальше от Крейга.

— Я не знаю… видишь ли…

— Что? — Он вопросительно поднял брови.

— Это как-то неловко.

— Что именно, Джанет? — Сначала он говорил мягко, но потом, казалось, потерял терпение. — Какую еще отговорку ты придумаешь, чтобы отказаться?

Как назвать истинную причину? Она могла показаться несущественной, для нее, в общем-то, не было оснований. Она боялась не Крейга, она боялась оставаться с ним наедине. Могла ли она это сказать? Джанет только грустно покачала головой.

— Извини, Крейг, но я, пожалуй, откажусь.

Последовало молчание, довольно тяжелое. Когда он заговорил, его голос дрожал от обиды.

— Если я в конце концов не сделаю с тобой что-нибудь, это будет просто чудо!

Он резко отпустил ее руку. Джанет остановилась, испуганно посмотрела Крейгу в лицо: он сердился. Она вспомнила, как он шутливо угрожал Диане… но сейчас он не шутил. Но не может же он в самом деле решиться… Он, наверное, сказал это нарочно, чтобы смутить ее. Но оказалось, что он вовсе не собирается наслаждаться ее смущением: лицо его сразу же смягчилось.

— Ладно, забудем это, Джанет, но… — Крейг смотрел на нее внимательно, улыбка чуть тронула его губы. — Я был бы рад твоей помощи; я говорю это совершенно серьезно.