|
Тогда был обед в интимной обстановке, потом они долго сидели вдвоем на веранде; казалось, что даже их мысли были созвучны друг другу, когда, сидя под звездным небом, они то тихо разговаривали, то молчали, глядя через пролив на мерцающие огоньки восточного берега Босфора.
А сейчас Крейг стоял здесь с Дианой, и они казались такими счастливыми, такими подходящими друг другу. Диана была необыкновенно хороша. Как выразительно она посмотрела на Крейга, когда, поприветствовав Джанет и Марка, они подошли к ступенькам лестницы!
Крейг наклонился, что-то шепнул Диане, и они тихонько засмеялись. «Как, наверное, это прекрасно, — подумала Джанет, — отдаться своей любви после стольких лет ожидания!» Джанет заметила, что Крейг смотрит на нее, заметила и движение, каким он взял Диану за руку. Джанет не смогла сдержать печального вздоха, и Марк тут же обнял ее за плечи. Это был вполне машинальный жест, значение которого он, вероятно, даже не осознал, но в нем Джанет нашла утешение и благодарно улыбнулась брату.
Весь вечер Джанет то и дело вспоминала слова своего брата: «Только посмотри на Диану и Крейга». Если у нее и была хоть тень сомнения, теперь она окончательно развеялась — достаточно было взглянуть, как внимателен Крейг к Диане. Она отвечала на его внимание нежной улыбкой. Но Джанет чувствовала ее печаль и была уверена, что, смерть мужа хотя и дала Диане желанную свободу, все же глубоко потрясла ее. Это было вполне в ее характере — она могла искренне оплакивать утрату мужа, хотя тот много лет стоял между нею и Крейгом. «Совсем не удивительно, — подумала Джанет, — что Крейг так долго и терпеливо ждет, когда Диана станет его женой».
Когда обед закончился, миссис Флеминг, сославшись на головную боль, поднялась наверх отдохнуть, сказав, что спустится позднее. Остальные перешли в гостиную выпить кофе. Пока Марк с Крейгом говорили о яхтах, Джанет и Диана сидели на диване, болтая о разных мелочах. Теперь они были на «ты». Джанет несколько раз порывалась выразить ей сочувствие по поводу смерти Роя, не имея возможности сделать это во время обеда, но и сейчас ей было трудно это сказать, пока Диана сама не заговорила о муже.
— Мне здесь очень нравится, и я могла бы еще пару недель побыть в Стамбуле, но я должна вернуться домой, хотя бы на некоторое время. Ты, наверное, знаешь, что я продаю фирму и дом — фактически, все имущество Роя?
Джанет кивнула и, пользуясь появившейся возможностью, выразила свое сочувствие. Диана поблагодарила ее и, хотя в ее голосе звучала печаль, добавила, что ей легче от того, что для Роя все кончилось.
— Его мучили сильные боли, и всем нам тяжело было видеть, как он страдает. Он сам хотел умереть… особенно в последние дни. — Диана замолчала, а Джанет не решалась прервать ход ее мыслей. Но вскоре она заговорила сама, как-то странно посмотрев на Джанет. — Я слышала, что и ты, Джанет, пережила горе.
Разговор о смерти ее жениха начался так незаметно, что Джанет даже не удивилась.
— Тебе сказал об этом Крейг? — спросила она Диану, бросив взгляд в сторону Крейга, увлеченно беседующего с Марком.
— Мне рассказал Марк еще больше года назад, когда мы с ним случайно встретились в кафе. Я тогда еще не была с тобой знакома, хотя и знала, когда мы учились в университете, что у Марка есть маленькая сестренка. — Она улыбнулась своей обаятельной улыбкой, к которой сейчас примешивалась печаль. — Впрочем, Крейг тоже об этом знает… — Она замолчала, искоса посмотрев на Джанет, затем отвела взгляд, будто не решаясь продолжать.
— Марк рассказал ему, как ты переживаешь… и что ты решила никогда не выходить замуж. — Диана порывисто повернулась к Джанет. — Ничего, что я говорю об этом, Джанет? Конечно, мы знаем друг друга не очень хорошо, но я уверена — мы станем подругами. |