— A меня что, обыскивать не будете? — шумно возмутился Митька. — Нечестно!

— Ну, под галстуком же кольца не спрячешь, — объяснил Вася.

— A он у Митьки сзади завязан, — вдруг сообразила Люся. — Там такой узел, что можно не то что колечко — что угодно запрятать!

Митька тем временем безуспешно пытался развязать узел, обиженно приговаривая:

— Ну да, вы все голяком, а я один, как дурак, в галстуке!

Увидав, что узел не поддается, Люся пришла на помощь. Правда, развязывая узелок, она незаметно, но весьма чувствительно ущипнула Митьку за задницу.

— Ах, вот ты как! — громогласно взревел Митька и, изловчившись, сам пребольно ущипнул свою обидчицу за худенькую попку.

— Тихо! — прикрикнул на них Вася. — У нас тут важное расследование, а вы, понимаете ли…

Маша решительно поднялась:

— Ну, хватит. Не стоит колечко того, чтобы из-за него устраивать черт знает что!

— То есть, если я правильно понял, ты просишь прекратить следствие? — пристально глянул на Машу Василий.

— Да, именно это я и прошу, — подтвердила Маша и, взяв за уголки свою подстилку, решительно ее встряхнула. В траве что-то ярко блеснуло.

— Это, случайно, не то самое? — быстро подобрав с травы небольшой предмет, спросил Вася.

— Оно! — необычайно обрадовалась Маша и тут же надела колечко на палец. — Прямо ума не приложу, как оно там оказалось. В дырку, что ли, закатилось, а я и не заметила… Ребята, извините, что так вышло, — виновато обратилась она ко всем.

— Да чего уж там, дело житейское, — один за всех великодушно ответил Митька.

— Погодите, а как же награда? — вспомнил Генка. — Как бы там ни было, а Вася пропажу все-таки нашел.

— Да не нужно мне ничего, — преувеличенно завозмущался Вася, хотя по всему его внешнему облику нетрудно было бы определить, что от обещанного он отнюдь бы не отказался.

— Ты ее должен принять хотя бы ради нас всех, — продолжал Генка. — Что мы, зазря подвергались подозрениям в воровстве? Об обыске с раздеванием я уж не говорю.

Маша гневно глянула на Генку, но сдержалась.

— Ну что ж, тогда прошу, — пригласила она Васю прилечь на подстилку, сама села рядом и, нагнувшись, непринужденно поцеловала его в лоб.

— Жульничество! — чуть не в голос закричали остальные. — Целуй по-настоящему!

— Нет-нет, не надо по-настоящему, — попытался было протестовать Вася, но Маша прервала его слова долгим, если не сказать бесконечным поцелуем прямо в губы.

— A они здорово глядятся вместе, — заметил Митька.

— Ну ладно, ребята, неудобно же, — сказал Генка, почему-то понизив голос. — Отойдем в сторонку, что ли…

— Давайте искупаемся, — предложила Люся. — Наверно, вода уже прогрелась.

Митька и Генка охотно согласились, и все трое с разбега плюхнулись в речку. На полянке, кроме Васи и Маши, осталась лишь невидимая Чаликова. Во время недолгой отлучки с «места действия» она пересказала Васятке основные перепитии «Дела о пропавшем кольце», и Васятка тут же выдал очень подробную версию происходящего — более остроумную, нежели правдоподобную. Так что теперь, когда все разъяснилось так просто, Наде пришлось констатировать, что даже столь светлые головы, как Васяткина, иногда ошибаются.