|
.. будто Юлия Николаевна красное знамя перед учениками разорвала... Полгода она без работы сидела. В семилетку в каком-то селе устроилась. Потом твой отец ее присмотрел. — Почему директор ее не защитил? — возмутилась я. — Для него главное, чтобы его волю исполняли. А Юлия Николаевна любила все по-своему делать. Часто говорила нелицеприятные вещи, и ей все с рук сходило. Умные — всегда свое мнение имеют. К тому же она не боялась высказываться по любому вопросу. Считала, что талантливых детей оберегать надо, они как золотые крупинки в песке. Директор боялся ее. — Так пусть бы учился у нее. — Таланту не научишься. К тому же, у нее еще талант доброты присутствует. Всю себя ученикам отдает. У нее невероятная, неистовая преданность любимому делу. Активная очень. Таких тоже не во всяком коллективе любят. (Она сама любила только тех, кого уважала, но не заносилась, вела себя с коллегами дружелюбно и мягко.) По ним трудно равняться. Вот и поддержал парторга на собрании. Парторгом у них жена директора была. Не ладила она с Юлией Николаевной. — А она здесь при чем? — Король правит, да королева управляет, — засмеялась Александра Андреевна и предупредила: — Только ты не распространяйся об этом. — Понимаю, — заверила я. — Даже после такого жуткого случая Юлия Николаевна не потеряла чувство юмора и осталась уверенной в себе! — Умная женщина может позволить себе быть интересной и уверенной, — улыбнулась Александра Андреевна. — Вот недавно на педсовете она Кодекс чести учителя и ученика представила. — А про что учительский? — полюбопытствовала я. — Вот к примеру: 1. Каждого ребенка с самим собой сравнивать, а не с отличником или слабым учеником: важно, насколько он сегодня стал лучше, чем вчера. 2. Хвалить слабого ученика даже за малые успехи, а сильного — только за большие. 3. Не требовать грубо (не ломать через колено), а пробуждать желание учиться. 4. Не обзывать ребенка. Не унижать! 5. Уважать внутренний романтический мир детства, не разрушать «заколдованных пещер» детской души... Ну и многое другое. Она как-то мне сказала: — Ребенок должен жить среди старых вещей несущих очертания быта и тепла. А мы часто их уничтожаем. Даже взрослыми возвращаясь туда, где прошло наше детство, мы хотим находить дорогие сердцу безделушки. — Интересно! А мы с нею в конце пятого класса шутливый ритуал совершали. Он назывался: «Здесь похоронена моя глупость». Каждый ученик описывал на листочках свои плохие поступки и складывал в спичечные коробки. Потом, во время уборки территории, мы пели «ритуальные» песни, которые сами придумывали, и сжигали «свои глупости». — Фантазии ей не занимать. Педагог от Бога. Человек с замечательным сердцем. Любовью пронизано каждое ее слово, движение, взгляд, — сказала Александра Андреевна. — Ты знаешь, она раньше в футбол с ребятами играла. Теперь только в качестве судьи иногда выступает. — Нам нравится, когда учитель имеет интересное хобби, умеет что-то красиво делать, помимо работы, пусть даже скромно по нашей бедности, но со вкусом одевается. Чтобы не был «синим чулком». Иногда мне кажется, что излишне темной одеждой и строгим поведением некоторые учителя пытаются поставить учеников в определенные рамки своих устоявшихся взглядов, надеясь избежать проявления новых, может, даже прогрессивных мыслей и действий, вместо того чтобы искать разнообразные пути для свободного развития личности. Конечно, это много труднее, чем надеть серую робу. Или для «усмирения» детской глупости и этот метод не стоит исключать?.. А учителя не завидуют Юлии Николаевне? — брякнула я и тут же, опомнившись, попыталась увести разговор в другое русло. — Нет, — ответила за себя Александра Андреевна, поняв мою маленькую хитрость, — я не завидую. |
