– Почему вы не можете направить ваш приступ раздражения на благоразумное… Ладно, не разъединяйтесь со мной. – Она сделала паузу, очевидно желая снизить накал разговора. – Если я смогу уговорить его прекратить огонь на достаточно долгое время, чтобы вы покинули…

– Нет.

– Я даже не уверена, что он станет слушать. Кан, так сказать, измучил мое ухо, когда я разбудила его, чтобы он мог услышать ваше выступление. Он может быть едва контролируемым, упрямым, когда… – Она внезапно замолчала и продолжила после небольшой паузы:

– Послушайте, я делаю все от меня зависящее, нас всех немного нервирует эта ситуация. Вы – профессионал, мы хотим знать условия сделки, которую вы хотите заключить. Нижние должны быть подавлены; это итог, которого мы желаем достигнуть. А что касается способа…

– Вот чего я хочу достигнуть.

– Продолжайте. Я приму к сведению.

– Прекратите лазерный огонь. Пусть оониты вернутся обратно в казармы. Остановите разрушение. Восстановите водоснабжение для…

– Сифорт, вы это серьезно?

– Я говорю всерьез! – Голос отца дрожал от сильного душевного волнения. – Как мы могли строить новый город на телах наших граждан? Вас не мучают угрызения совести?

– Я не могу их себе позволять, я мыслю категориями политики. Еще одна попытка: в какой области мы можем прийти к компромиссу?

– Это скажите мне вы.

– Следует очистить заброшенные, покинутые людьми улицы, это – первая удачная возможность за последние годы.

– Они не покинуты. Затем?

– Нижние должны быть переселены…

– Абсурд. Город – их дом.

– Если мы очистим улицы с помощью войск, а не лазерами…

– Нет!

Ее голос напоминал скрежещущий звук, который издает ноготь, который царапает по стеклу.

– Час спустя вы будете мертвы, и это не будет иметь никакого значения!

– Точно. И что с того?

– Вы – сумасшедший! Вы мне омерзительны. Знаете что, господин Генеральный секретарь? Когда это случится, я буду рада.

Прозвучал щелчок.

– Отец!

– Все в порядке, сын. – Он медленно и тихо вздохнул, – Именно поэтому я с радостью покинул службу.

Я знал, что сейчас должен был отвлечь его.

– Отец, тебе звонят по всем каналам.

– Кто еще?

– Корвин, с «Галактики», «Мир новостей», Управление движения орбитальной станции. Генерал Рубен. Кто-то, выкрикивающий твое имя снова и…

Он еще раз вздохнул.

– Сначала Корвин. Да, комп?

– Все мои каналы связи перегружены. Сигналы начали подавлять друг друга, и стало трудно их фильтровать.

– Постарайся сделать все, что сможешь.

– Да-да, сэр. Помощник механика Зорн колотит по люку. Он требует, чтобы я открыл мостик. Он хочет связаться с Адмиралтейством и настаивает, что он имеет право…

– Передайте это Зорну: «Веди себя хорошо, мальчик! Просьба использовать радио отклонена. Разрешение открыть мостик – ответ отрицательный. Официальный выговор занести в личный файл. Оставь Корвина в покое, исключая случаи крайней необходимости. Конец». Ответ по всем несущим частотам: в данную минуту просьбы об интервью отклонены. Возможно, позже; и перестаньте глушить передачи на моей линии.

– Отец, просмотри!

– И ответ Управлению движения орбитальной станции… Что случилось, Ф.Т.?

Я ткнул пальцем в иллюминатор. Маленькое судно плавно двигалось сквозь пустоту космоса; умело маневрируя, оно направилось к нам.