Мужчина в спальне, которого он не успел ни о чем спросить, прежде чем потерять сознание, что-то выкрикнул. Сергей не расслышал всего, но готов был поклясться на библии, хотя в господа Бога верил с большой натяжкой, что слова «...за ее смерть...» — в это время он его ударил, были произнесены. Но почему появилась милиция? Неужели тот мужик, о котором говорила Надя, все же позвонил по 02? В этом Серов сильно сомневался. Как сказала Надя, тот мужчина на лестнице поспешно извинился, хотя за что — непонятно. Просто он знает, кто живет в квартире, куда Надя втаскивала парней.

Где она сейчас? Сумела ли уйти? Он был уверен, что даже если ее задержали, о нем она не скажет. А что ей при задержании могут предъявить? Поломанных парней и разок стукнутого мужика? Но доверенный Маркизы наверняка не идиот и заявит, что эту женщину видит впервые. Намного хуже, если — а это сейчас стало модным у преступников всех рангов — у Маркизы с органами все «вась-вась». Вот тогда, как ни странно, на Надежду будут давить. Впрочем, сразу вмешается Мария. Но в этом случае ее боевики будут искать меня. А если на Колыме менты на удивление честные и не повязаны с Маркизой? Похоже на то! Ведь в Магадане ее нет, это раз! Во-вторых, наряд начал ломать дверь квартиры ее матери.

Черт возьми! Может, поэтому и ломились, что это квартира матери Маркизы? В УВД знают о делах Марии Гончаровой и реагируют на любой сигнал против нее. А штатский скорее всего из угро. Но тогда, черт бы их побрал, менты надавят на Надежду по-настоящему! А вот хренушки! — Ковбой весело засмеялся. Ушла она! Точно ушла!

Приехав в аэропорт он встретил двух парней Лютого. Увидев его, уже знакомый ему Дмитрий вроде как бы даже обрадовался. Его приятель Николай, как он хмуро представился, Колян, особого восторга не проявил. Тогда, после удара Надежды, ему с трудом удалось убедить собравшихся доброжелателей и медсестру из медпункта, что он нечаянно ударился об угол чемодана спешившего на самолет человека.

Придя в себя — знает баба куда и как бить, — Николай остался в аэропорту, где и дождался Дмитрия. Тот рассказал, о чем узнал от Серова. Посоветовавшись, парни решили остаться на Колыме и податься на какой-нибудь золотой прииск. Но встретив Сергея, и поглядывая на него с невольным уважением: пальцем ткнул, и руку на несколько минут парализовало, они предложили ему свои услуги. Ковбой хотел послать новоявленных добровольцев подальше, но вспомнив, что они знают в лицо команду Лютого, оставил парней при себе с обязательным условием: вперед батьки в пекло не лезть и никаких антизаконных действий без его ведома не предпринимать. На что парни сразу и, как показалось Серову, охотно согласились.

Купив кое-какой еды, они отправились искать ночлег. Сергей оказался прав насчет «добреньких» бабушек. Первая же попавшаяся сухонькая старушка предоставила им чистую и довольно просторную кладовку. Ночевали они, надо отдать должное бабусе, с комфортом. Все трое спали на мягких матрацах и чистых простынях. И если Сергей вначале относился к парням с вполне понятным недоверием, то, выслушав что-то вроде исповеди каждого, поверил им. Парни дружили с детского сада и все радости и печали делили на двоих. Свои семнадцать лет, оба родились весной с разницей в двенадцать дней, отмечали с подругами в ресторане. Девчонкам захотелось прокатиться. А чего не сделаешь ради восторженных девичьих глаз! Парни угнали «Москвич».

К счастью, подруг взять не успели. За ними сразу началась погоня. Дмитрий сумел выпрыгнуть из машины, когда преследователи на какие-то минуты потеряли «Москвич» из виду, и уйти. Николая арестовали. И как ни шили это дело двоим, Колян уехал под конвоем один.