Огромные излучатели энергии изрыгнули голубые молнии, и «Пегас» разлетелся на миллионы обломков. Благодаря небольшому притяжению на астероиде казалось, что они будут падать вечно, а когда они все-таки упали, удар о поверхность получился неожиданно сильным.

Сэму оставалось только стоять и смотреть, как прямо у него на глазах гибнут его корабль и надежный товарищ по оружию.

В шлеме Мак-Кейда послышался трест помех, вслед за которым раздался голос, который он никогда раньше не слышал:

— Добро пожаловать на Свалку! Я — Мустафа Понг, и если вы не сделаете то, что я вам скажу, вы умрете.

25

Сэм никогда еще не чувствовал себя таким беспомощным. Крейсер висел над ним как какое-то мрачное божество, недосягаемое и всемогущее. В отсутствие атмосферы он совершенно беззвучно плыл на своих репеллерах и внушал еще больший страх и почти священный трепет. Голос Понга вновь зазвучал в шлемофоне Мак-Кейда.

— Который из вас Сэм Мак-Кейд? Пусть он поднимет руку.

Мак-Кейд глотнул и поднял правую руку. А что еще оставалось делать? Понг, если захочет, может превратить весь кратер в озеро расплавленного металла.

Тонкий, иссиня-белый луч света пригвоздил Сэма к месту, на котором он стоял. Сердце застыло и забилось вновь только тогда, когда Сэм понял, что все еще жив. Вздохнув с облегчением, он догадался: это всего лишь прожектор.

— Хорошо! Теперь скажи, зачем ты здесь, и предупреждаю, Мак-Кейд: не трать мое время понапрасну. Если скажешь правду, я позволю тебе и твоим друзьям жить. Если солжешь или попытаешься ввести меня в заблуждение, я это узнаю, и наша беседа прервется весьма неожиданно. Ты меня понял?

Мак-Кейд понял. Но он понимал и то, что, несмотря на угрозы Понга, должен сказать ему как можно меньше. Весь вопрос в том, что известно Понгу? Очевидно, не очень много, иначе он убил бы его сразу. Да, ему явно неизвестна суть дела. Он знал, что Мак-Кейд охотится за ним, но ему также хотелось узнать зачем. Еще Понгу известно, что они похитили Саппо, но это, пожалуй, и все.

Слава Богу! Если бы Понг знал о Фиале и догадывался о его ценности, он бы выставил этот сосуд на аукцион, чтобы продать за огромные деньги, или бы вымогал их у Иль-Ронна, или... Бог знает, что он мог сделать еще.

Мак-Кейд сглотнул, чтобы увлажнить внезапно пересохшую глотку, и сказал:

— Ответ очень прост. Братство назначило за твою голову пятьсот тысяч кредитов, а мне не помешают наличные. Сдавайся и можешь рассчитывать на снисхождение.

Наступила долгая тишина. И затем, когда Сэм уже приготовился к смерти, раздался громкий смех. Понг заговорил снова, и в его голосе звучало веселье.

— Ну, Мак-Кейд, ты даешь! Ты сказал именно то единственное, что может спасти тебя, и еще держал марку при этом. Мне это нравится! Так нравится, что я дарю тебе жизнь. Конечно, с условием, что ты вернешь мне мою собственность.

Мак-Кейд нахмурился и огляделся в недоумении.

— Какая еще собственность? Я и не знал, что у меня есть что-то, принадлежащее тебе.

Послышался треск разрядов, и Понг хохотнул.

— Есть, однако! — сказал он и пояснил: — Если я не ошибаюсь, вон там стоит мой добрый друг Моррис. Хоть он в последнее время стал малость болтливее, чем нужно, все же мне хочется предложить своему другу подбросить его домой.

Еще один сноп света метнулся от корабля и посеребрил скафандр, в котором находился Саппо. Приветствуя корабль энергичными взмахами руки, он шагнул в яркий световой круг.

— Иди за лучом, Моррис, и челнок подберет тебя! — велел ему Понг.

Луч двинулся к месту, где раньше стоял «Пегас», и Саппо следовал за ним.

Нехорошее предчувствие сдавило грудь Мак-Кейда. Он включил микрофон и крикнул:

— Ним, Реба, ко мне быстро!

Между тем Саппо, который очень старался не отстать от светового круга, остановился, потому что луч прожектора внезапно остановился тоже.