Чуть дальше располагался сам дом — огромная многокорпусная постройка ослепительно белого цвета.

Харрингтон попытался открыть дверь автобуса, но обнаружил, что ее заклинило. И неудивительно — она сильно пострадала при столкновении с воротами.

Вооруженный до зубов телохранитель в форме общевоенного образца с вышитым на нагрудном кармане логотипом Харрингтонов ухитрился вскрыть ее ломом.

Сначала из автобуса вынесли Бэнкса, а за ним выбрались все остальные. Мак-Кейд вышел последним. Найджел Харрингтон поздоровался с ним. На лице старика сияла улыбка, его рукопожатие было удивительно крепким. Он сказал:

— Вы, должно быть, лейтенант Блейк. Добро пожаловать в мой дом! Несколько часов назад меня известили о вашем прибытии.

Харрингтон махнул рукой в сторону высокой, похожей на веретено башни, возвышавшейся над углом дома.

— Ее построила Маргарет, благослови Господь ее душу. Она любила сидеть на смотровой вышке и писать картины. Оттуда я наблюдал за ходом вашей схватки. Жуткое дело. Хотя могло быть и хуже. Ночные патрули вернулись на базу, а дневные еще не вышли. У этих болванов не хватило ума на то, чтобы смены перекрывали друг друга. Я буду очень удивлен, если за неделю мы не разнесем в клочья все правительственные силы.

Мак-Кейд подумал, что прогнозы Харрингтона чересчур оптимистичны, но вслух он сказал другое:

— Мы ценим вашу помощь, сэр, мы обязаны вам жизнью.

Харрингтон с улыбкой отмахнулся от благодарности:

— Думаю, что мы сочтемся! Скоро я стану вашим должником.

Харрингтон оглядел свое поместье, сады и девственно чистые дорожки.

— Интересно, что от них останется через два дня, — произнес он.

Три истребителя пролетели над домом, почти касаясь друг друга крыльями. Последние слова Харрингтона потонули в их реве.

Мак-Кейд проводил самолеты взглядом. Выхлоп из их двигателей засветился красным, они встали на хвост и с ревом ушли в небо. Он посмотрел в глаза Харрингтону.

— Трудно сказать, сэр, но одно скажу наверняка — пора закапываться поглубже.

22

Ровно в три часа Мустафа Понг отдал приказ, и на планету Дранг обрушилась смерть. Она пришла в виде посадочных модулей, истребителей, бомб, ракет и лучей чистой энергии.

И когда Понг нанес удар, его поддержало объединение, которое сразу же захватило посадочные площадки для войск интервентов.

Но силы правительства тоже были немалыми, и, благодаря стараниям разведслужбы, оно хорошо подготовилось к нападению. После той неудачной встречи на Салазаре ни у кого не возникало сомнений, что война неизбежна и что Понг примкнет к объединению. Войска правительства отступали, но всегда с боем. Они сражались за каждую посадочную площадку, упорно отстаивали каждый объект, и за каждую победу объединению приходилось платить морем крови.

Зарево пожаров превращало ночь в день. Десантные корабли взрывались в воздухе, как адские огненные цветы, та же судьба постигала все высотные воздушно-космические истребители, города представали гигантскими кострами. Смерть была повсюду.

Как и в большинстве войн, страдало в основном гражданское население Дранга. У людей не было никакого способа защититься от подбитого десантного корабля, падающего на них с неба, от стаи шальных снарядов, или теплонаводящихся ракет, которые не могли отличить гражданского источника энергии от военного.

По счастью, и правительству, и объединению было необходимо иметь на своей стороне поддержку населения, поэтому они старались избегать намеренного разрушения гражданских объектов.

А из-за того, что обе стороны намеревались жить на планете и после окончания войны, они не применяли ядерное оружие. Конечно, на такое решение сильно влияло то обстоятельство, что, начни они ядерную войну, в ее ход сразу же вмешается Император.