По словам Ертр, чем глубже в горы мы уходим, тем опаснее становятся враги. Низкоуровневые скриптоиды не уходили вглубь по одной простой причине. Чем ближе ко входу, тем безопаснее. А еще еда, вода, медикаменты и одежда. На стартовой локации толще заначки для людей, но они в минутной доступности для высокоуровневых скриптоидов. Хочешь остаться живым, но на сухарях? Собирай скудные сухпайки в километре от входа. Сильнейшие из людей иногда добирались до контрольных локаций, забирали свои «призы» и возвращались в самую глубь, где могли прожить на это месяцы до следующей вылазки. Типичная геймерская ситуация, где чем дальше, тем опаснее, но и призы толще. Это работает как для дичи, так и для скриптоидов.

Наш противник был из свежих, но уже умудрившийся освежевать двоих скриптоидов, решивших проверить его на прочность. Не прошло и недели его пребывания в локации, как он добрался до заначки чуть ли не у самого входа. Огромный рюкзак, набитый консервами, печеньями, чаем и конфетами. Бонусом было легендарное оружие — автоматический пистолет. Какой именно — не разглашается.

Красный приоритет означает серьезность задания и желание сообщества избавиться он нежелательного элемента. Считается, что чем ближе идентификационный номер объекта к нулю, тем он неприятнее для охоты. Наша «дичь» была под номером 003, что как бы намекало.

— Пить хочу, — ныла Арли.

— Воду необходимо экономить, — пояснил Негус, возглавивший нашу колону из четырех мужчин, женщины и ребенка. — Мы не прошли и полпути.

— У меня ноги болят, руки и еще много чего.

— Предлагаю сделать привал и реализовать обещанные услуги, — повернул Негус в сторону девушки прищуренный взгляд.

— Хотя не так уж и пить хочется, — отреагировала Арли. — Да и ноги перестали болеть. Вот это да!

Мы снова шли. Слышались только недовольное бухтение Арли и капающая со сталактитов вода. Ертр было тяжелее всего. На коротких ножках прыгать по острым камням непросто. Но виду, что ей тяжело, она не показывала.

Я наконец-то увидел, что из себя представляет Друид. Негус мог контролировать животных! И не кого-то, а настоящую гориллу, которые, кстати говоря, в Коста-Рике не водятся. На вопрос, как это возможно, он показал пальцем в затылок своего огромного фамильяра. Я не сразу понял, куда смотреть, но потом заметил под черной гривой разъем Айхол.

Они умудрились прооперировать обезьяну и подключить ее к сети. Когда-то я читал, что проводились тестирования на животных, но все они в результате оказались провальными. Мозг животного отличался от мозга человека, под который заточена система. Еще одно подтверждение того, что технология Айхол изначально разработана для человека и пришла извне.

Второй наш чернокожий спутник 27-го уровня оказался целителем и звали его странным именем Роксолан. Его навыки врачевания заключались не только в обширных познаниях человеческой анатомии, от которых даже у Арли, выпускницы мединститута, шевелились волосы на голове. Он мог усиливать регенерацию клеток одним прикосновением. Примерно в два раза. Но для этого нужно быть с ним в постоянном контакте, что вызывало некоторый дискомфорт и неудобства.

— Чэм близе к моё тело, тэм лучче, — корявым русским говорил он. Учил его он последние полчаса. — Н-надо качат. Но кроф могу бытря замереть. Она не текёт.

Хоть в его голову и загрузилась внушительная часть русского словарного запаса, но вот голосовые связки еще не разработались для такой резкой языковой смены. Очередное доказательство неполноценности тела по сравнению с разумом.

Последний наш спутник — воин 21-го уровня по имени Бауби. Он был шире всех нас и имел за спиной не только мачете, но и массивный самодельный щит из цельного куска стали.