— Что же делать, барышня, это их страна и их законы.

Аманда аж задохнулась от негодования.

— По-твоему, это можно снести?!

Она выхватила у меня из рук книгу и с размаху швырнула о стену.

— Барышня!

Такой я нанимательницу ещё не видела. Прекрасные её глаза горели гневом и яростью, лицо раскраснелось, а рот приобрёл жестокую складку, которая, однако, ничем её не портила. Я живо вскочила с кресла и поспешила обнять Аманду, надеясь хотя бы так смягчить её раздражение.

— Барышня, прошу вас, я не хотела сказать, что меня радуют такие порядки. Я всего лишь имела в виду — в каждой стране свои обычаи, и только они сами могут судить себя — не чужие!

— Судить?! — гневно переспросила Аманда, вырываясь из моих объятий. — Чужие?! Кати, дорогая, неужели ты не понимаешь?! Они ведь хотят, чтобы я уехала туда, жила в Острихе, в этом кошмаре, безумии!

Вспышка прекратилась так же внезапно, как и началась. Барышня упала в кресло, закрыла лицо руками и разрыдалась. Я было растерялась, но после налила стакан воды и присела рядом с нанимательницей, осторожно поглаживая её по плечу.

— Выпейте, барышня, вам сразу станет легче.

Аманда, не глядя, взяла протянутый стакан, глотнула.

— Мне так стыдно, Кати, — пробормотала она. — Я была такой плохой…

— Нет, барышня, что вы! Всё хорошо, выпейте воды, и всё пройдёт.

— Нет, нет, никогда!

— Пройдёт, барышня, обязательно пройдёт.

— Кати, — позвала Аманда робко, как ребёнок. — Уедем отсюда, хорошо? Вели сейчас собрать вещи и заложить экипаж.

— Куда уедем, барышня? — спросила я, внутренне сжимаясь. Это катастрофа, я так и не успела обыскать вещи Шерена и…

— Куда угодно! — горячо воскликнула Аманда. — Кати, пожалуйста, мы ведь жили без моих родственников раньше, проживём и сейчас! Ты не будешь больше служанкой, будешь говорить мне «ты», я научу тебя играть на пианино, мы будем счастливы — как раньше! Не нужны нам их деньги, не могу я продать себя ради чужого чванства!

Не знаю, что на меня нашло. Тронуло ли отчаяние барышни, возмутила ли её наивность, но только я воскликнула:

— Их деньги?! О чём вы?! Барышня, да с чего вы взяли, что у вас нет денег?!

— Кати, дорогая, не шути так! Да, дядюшка оставил мне деньги, но по его завещанию я должна беспрекословно…

— Вздор! — не сдержалась я. — С чего вы взяли?!

— Но дядюшка Тасп сам прочёл мне завещание…

— А вы что-нибудь поняли из него? Сами, без его объяснений?!

— Нет, но зачем ему…

— Барышня! — вскричала я. — Прошу вас, подумайте здраво!

— Но, Кати… — Растерянный взгляд Аманды беспорядочно метался по комнате, пока не остановился на мне. — Кати, дорогая, ты умная, прекрасная девушка, ты так много знаешь, ты можешь разобраться буквально во всём!

— Но, барышня… — растерялась я, несколько смущённая её порывом.

— Кати, я знаю, ты хочешь скрыть своё воспитание, пока служишь камеристкой, но для меня ты всегда была не служанкой, а компаньонкой, нет, подругой! Прошу тебя…

— Барышня, — поспешила я остановить излияния нанимательницы, — пожалуйста, не надо на меня так смотреть! Я камеристка и не стыжусь этого. Будь я вашей подругой — как бы могла я позволить себе брать с вас жалование? А так — я выполняю свою работу и рада, что могу оказаться вам полезной.