Только сейчас сообразив, что хочет сказать Гриффит, Мэриан не колеблясь подняла лицо, привстав на цыпочки.

– Я мечтаю о твоих поцелуях. Пойми, мне и в голову не пришло вас сравнивать. – В золотистых глазах загорелось пламя. – Кроме того, твои поцелуи так сладостны.

Гриффит обжег ее таким же свирепым взглядом, как несколько часов назад Харботтла, когда собирался наказать негодяя. Но губы, коснувшиеся ее губ, излучали одну лишь страсть. Огонь предыдущей ночи вспыхнул снова, словно никогда не гас. Словно Мэриан провела ночь и день, думая лишь о нем. Словно Гриффит, как и говорил, видел ее душу за мальчишескими лохмотьями и издевательской улыбкой.

Он был так нежен, и возникшая между ними внезапная близость унесла Мэриан в мир, о существовании которого она до сих пор не подозревала.

– Он не целовал тебя, – шепнул Гриффит так уверенно, словно сам все видел своими глазами.

– Нет, – согласилась Мэриан.

– Но я все же с радостью прикончил бы его.

На этот раз поцелуй был не так нежен, а ласки не столь успокаивающими. Он лизал уголки ее глаз, завладев солеными каплями, словно имел на это право, и безошибочно находил местечки, заставляющие ее томиться желанием.

Гриффит притиснул ее к стволу, и прошлогоднее яблоко, почему-то сохранившееся даже зимой, сорвалось и ударило его по спине Валлиец, казалось, не заметил этого, но Мэриан потерла ушибленное место, и он замурлыкал, как котенок. Очень большой котенок. Детеныш льва.

Губы его приоткрылись на ее губах, и Мэриан добровольно и с радостью пожертвовала гордостью и одиночеством, не зная и не заботясь о том, что происходит: то ли она заверяет его в своем восхищении, то ли он клянется охранять и защищать ее, то ли оба просто не могут дождаться, пока удовлетворят ненасытное желание… Слегка приподняв голову, Гриффит пробормотал:

– Нужно найти более уединенное место.

Мэриан мгновенно потеряла рассудок и доказала это, прошептав:

– Мой дом…

– Лайонел.

– Спит.

– Один?

– Нет. – Охваченная жаром отчаяния и желания, Мэриан пробормотала: – За домом. Лужайка между задней и крепостной стеной. Окруженная деревьями. Только моя. Никто о ней не знает. – На лице Гриффита не появилось ни малейшего сомнения, но Мэриан подняла умоляющие глаза. – Пожалуйста!

Он продолжал обнимать ее за плечи. Она продолжала обнимать его за талию. Они старались идти быстрее, не в силах разжать руки, неуклюжие от опьяняющей страсти.

Почти обезумев, Мэриан все же сумела спросить себя, сумеет ли он найти спрятанное сокровище, и решила, что не сможет. Господи, хорошо бы побыстрее пройти мимо дома так, чтобы не заметила Сесили.

Остановившись на краю сада, она потянула Гриффита в тень, отбрасываемую крепостной стеной, мельком взглянула на дом и тут же присмотрелась внимательнее.

Что-то неладно. Совсем неладно.

– Гриффит!

Но он уже все заметил сам.

Почему стекла разбиты? Почему во дворе летают перья? Паника захлестнула Мэриан с такой силой, что мгновенно заставила забыть о страсти.

– Лайонел! – громко позвала она. – Лайонел!

И, не глядя на Гриффита, помчалась к дому и перепрыгнула через забор. Дверь раскачивалась на полуоторванных петлях, внутри царил хаос. Перины разрезаны, полки оторваны от стен. В воздухе стояла такая пыль, что Мэриан почувствовала ее вкус на языке. В крохотной комнатке пахло пряностями, горчицей и медом. Все шкафы и поставцы открыты, содержимое вывалено на пол.

И Лайонел исчез.

Глава 5

Мэриан напряглась, готовая ринуться на поиски и не зная, куда бежать.

– Лайонел, – тихо позвала она, вытягивая руки, чтобы не споткнуться и не упасть.