Не отпуская волосы своего пленника, Новицкий развернулся, закрывая девчонку и прикрываясь, пребывающим в прострации, парнем, как щитом.

Практически не пострадавшие, его соучастники, сгрудились полукругом, держась в метре от Новицкого, готовясь кинуться все разом, при первой же возможности, а один из них, держащийся чуть позади своих дружков, вытащил из кармана небольшой нож, с острым и, очень опасно выглядящем, лезвием.

Ухватив, все еще не пришедшего в себя насильника, удушающим под выступающий кадык, и прогнув парня на себя, чтобы тот не мог высвободиться, Владимир Алексеевич достал из поясной кобуры пистолет, дослал патрон и направил ствол в сторону замерших в нерешительности чернявых ребят — биться в рукопашную с ними Новицкий не собирался.

— Свалили отсюда, пока я вас не перестрелял! — когда надо, Новицкий умел реветь, как впавший в бешенство, медведь –шатун.

— Брат, давай по-хорошему разойдемся! — притырок с ножом, который он продолжал прятать за спиной, ласково улыбаясь, сделал шаг вперед: — Отдай нам нашего братишку, и мы пойдем…

Владимир просто направил ствол на говоруна, решив, что еще шаг, и он сможет стрелять. Очевидно, хитрый любитель острых лезвий, обладал какими-то познаниями в физиогномике, или по-простому, имел «чуйку», потому что он побледнел, отступил на шаг, после чего, бросив на прощание «Русский, мы с тобой встретимся», стал отступать вниз по лестнице, потянув за собой двух своих товарищей.

— Ты как? — Новицкий, не выпуская горло своего пленника, сделал два шага вперед и выглянул на лестничные пролеты, убедится, что дорога вниз свободна.

— Нормально, Владимир Алексеевич, они ничего не успели сделать… — пискнул за его спиной тонкий девичий голосок.

— Оправься и пошли за мной в кабинет начальника…- Новицкий, держа на удушающем приеме чернявого, двинулся вперед, принуждая своего пленника двигаться параллельно. Попытки вырваться со стороны пленника он пресекал мгновенно, придавливая гордо и выгибая парня еще сильнее.

— Может быть не надо? — робко спросила спасенная девица.

— Отпусти меня, я твою маму…- засипел парень, поняв, что вырваться из лап этого медведя не получится.

— Тебя как зовут, девочка? — Владимир, не слушая, чередующиеся угрозы, мольбы и клятвы пленника, гнал его вперед и вниз, даже не оглядываясь, не отстала ли спасенная.

— Младший следователь Золотова, Катя…

— Так вот Катя, если мы его сейчас просто так отпусти, то ничего хорошего не будет. Эти люди хорошего отношения не понимают, он будет думать, что мы испугались, и в следующий раз все будет хуже…

Так за разговорами они торопливо прошли безлюдную лестницу и ворвались на «начальственный», второй этаж, заставляя жаться к стенкам испуганных коллег, пока, с шумом не распахнули двери, ведущие в кабинет начальника полиции.

— Новицкий, это что такое! — казалось, что мгновенно раскрасневшееся от крика, лицо начальника отдела полиции треснет напополам от натуги: — Ты совсем что ли!

Когда Владимир, с испуганно жмущейся к его спине, Екатериной, ввалились в начальственный кабинет, а пленник, отброшенный сильным ударом в стену, ударился головой и скорчился в углу, потеряв на несколько мгновений способность ориентироваться во времени и пространстве, ошарашенный начальник молчал, способный только хлопать, изумленно выпученными, глазами. Но, буквально, через пару секунд он пришел в себя и начал орать.

Связных слов начальнику отдела не всегда хватало, тогда он заменял отсутствующие слова энергичными жестами руками.