|
Когда Дамир ухватился за крюк лебедки, Новицкий начал раскручивать трос. Цеплять за буксировочную петлю перевернутую на крышу легковушку оказалось гораздо удобнее, чем машину, стоящую на колесах. Дамир надежно зафиксировал крюк лебедки в петле, влез на подножку с моей стороны и что-то громко крикнул, отчего толпа радостно взревело, наверное, пообещал им новое, радостное развлечение. Стекал перевернутого «Жигуленка» были покрыты мелкой сеткой раскрошившегося триплекса, который почему-то не осыпался, удерживаясь в проемах окон каким-то чудом. Наверное, пинать автомобильное стекло мягкими тапочками или босоножками — не самое приятное занятие.
Старший детектив вновь, в долгую, нажал на звуковой сигнал и начал сдавать назад, трос натянулся, после чего «шестерка», визжа крышей по асфальтовой площадке, скользнула вслед за грузовиком. То, что что-то пошло не так, люди с рынка поняли, когда грузовик со своим грузом на тросе почти выехал в ворота. Видеть этого Владимир не мог, все его внимание было направлено на зеркала заднего вида, только крики людей стали особенно яростными, а в голосе Дамира, что стоя на подножке, подбадривал старшего, повторяя «Давай, давай, хорошо идем», послышалась паника. Проскочив между, стоящих недалеко от входа на рынок, патрульные машины, Новицкий плавно нажал на тормоз, но разогнавшаяся на тросе, «шестерка», по инерции, с визгом сминаемого металла, влетела в кованный бампер вездехода. — Давайте, все наружу, машину переворачивайте и наших вытаскивайте! Из ворот рынка выбежала толпа и ринулась в сторону полицейских машин. — Стреляем над головами, в стену администрации рынка целимся. — Новицкий вытащил, потертый до серого блеска, «Макаров» и прицелился в серую стену здания. Разрозненные пистолетные выстрелы на массу разъяренных людей никакого впечатления не произвела — скопище сначала подалось обратно, но потом стало кидать в полицию досками, камнями и картошкой. И если картошка и палки до заслона правоохранителей не долетали, то вот камни… Кто-то, особо меткий, попал по капоту полицейской «канарейки», второй камень попал в одного из патрульных, и он, с громким стоном упал, отчего нападавшие радостно завопили и с еще большим энтузиазмом бросились разбирать кучу крупного щебня, привезенного к рынку непонятно кем и для чего. — Володя, тут с Серегой Алтыновым непонятно что, и с Викой тоже… Новицкий с досадой сплюнул на асфальт тягучую слюну — тут пора бежать от сюда на пятой передаче, а они еще не всех вытащили, но наклонившись и оглядев салон многострадальной машины понял, что сотрудники замешкались не зря — его опер и молодая женщина-следователь, скомканными тряпками откинулись на сиденье. Они были без сознания, с багровыми от прилива крови лицами. — Скорую помощь вызывайте сюда, их трогать нельзя. — Ну что- том, скоро? — сержант средних лет вставлял в пистолет вторую и последнюю обойму, еще у одного полицейского было залито лицо, а очередной булыжник ударил в белоснежный кузов «Вепря», сколов кусок краски и оставив вмятину. — Каски есть? А что не одели? — полицейские растерянно переглянулись и полезли в багажники, где у них были не только каски, но и многое, чего не было еще десять лет назад. Новицкий достал из багажника «канарейки» защитного цвета шлем, опустил прозрачное забрало из литого поликарбоната, вытащил из рук раненого патрульного пистолет пулемет, засунув за поясной джинсов узкий запасной магазин на сорок патрон, и пошел вперед, стреляя одиночными, над самыми головами особо метких метателей. Кто-то упал в середине толпы, тоненько взвизгнув, и темная масса качнулась назад, крича «Утерделер, энесен утерделер!»
Глава 5
Глава пятая.
Год «ч-2», территория бывшей России Новицкий, старший детектив. |
