В дополнение ко всему, произошло обрушение серверов бюро государственной регистрации, так как бригада мигрантов тянула трубы к новому поселку для переселенцев, не имея понятия о наличии такого документа как выкипировка из плана земельного участка, умудрившись за сутки оборвать три подземных кабеля и линию водовода.

Государственная база учета объектов недвижимости, хранившаяся на отключившихся серверах, рухнула, электронная копия базы данных, снимавшаяся с оригинала ежедневно, оказалась скомпрометирована неизвестными хакерами, в результате чего, единственным подтверждением права на квартиры и дома оказались бумажные документы, которые государство перестало выдавать несколько лет назад, у остальных собственников на руках не осталось практически ничего. В условиях этого правового хаоса, про который, почему-то, не писали федеральные каналы и средства массовой информации, стихийно, стали формироваться анклавы. Нашему дому не повезло — мы жили в новом, не самом престижном районе, в котором Европейский союз, через своих представителей, с удовольствием скупал квартиры для переселенцев, еще на стадии котлована, целыми пакетами. В дополнение к этому, в огромное офисное здание под самыми нашими окнами, за сутки, переделанное под общежитие для рабочих, вселили несколько сот молодых, одиноких мигрантов мужского пола, что мгновенно изменило соотношение сил не в пользу аборигенов. Наш дом был крайним, в длинном ряду новостроек, раскинувшихся на берегу Реки, тем более, что с самого начала группа активистов из числа жильцов, укрепила ворота, залатала забор и заставила председателя ТСЖ раскошелиться на новые камеры системы видеонаблюдения, которые теперь были установлены не только на подъездах, основном и пожарном выезде, но и перекрыли подходы к дому, а установленная на крыше, установка кругового обзора, теперь держала под наблюдением весь жилмассив. Пропавший два месяца назад председатель ТСЖ Михаил Павлович Бобков, так и не был обнаружен, несмотря на то, что я обращался к своему знакомому, старшему детективу криминальной полиции Новицкому Владимиру Алексеевичу. Тот обещал навести справки, но, через три дня сообщил, что никаких результатов нет, так как в криминальных группах новых переселенцев оперативные позиции местной полиции откровенно слабы. Бывший заместитель Бобкова, ставший ИО, резко увеличил платежи на содержание дома, внес в платежную квитанцию новую строку — «Отчисления в пользу религиозно –культурной автономии „Дети небесного отца“ десять процентов от дохода», а также объявил о проведении срочного ремонта технического этажа. На ремонт этажа жильцы деньги сдали, а вот столбец «Отчисление в пользу…» дружно проигнорировали. Исполняющий обязанности председателя ТСЖ поддержал каждого, высказываясь, что этот платеж незаконен, но после этого на домашние и сотовые телефоны «отказников» начались звонки, где люди, плохо говорящие на титульном языке задавали странные вопросы, типа «Не боишься ли ты бродить по вечерам» и «Во сколько твой ребенок возвращается из школы?».

Через месяц, по требованию ревизора ТСЖ, было проведено срочное общее собрание жильцов, на котором «инициативней» предъявили акт обследования технического этажа, на ремонт которого ИО председателя потратил два миллиона рублей. Согласно обследованию, проведенному лицензированными специалистами из строительной академии, следов проведения ремонтных работ обнаружено не было, кроме десятка мешков с песком и парочки с, превратившимся в монолит, отсыревшим цементом «М-100».

Через десять минут общим голосованием ИО председателя ТСЖ и его супруга, работавшая под его крылом кассиром, были сняты с должностей, а «инициативной группе» было поручено направить заявление в полицию о привлечении проворовавшегося управдома к уголовной ответственности.

Той же ночью ИО председателя с семьей убыл в неизвестном направлении, оставив у дверей своей квартиры пакет с мусором и испуганно мяукающего, рыжего кота.