— Они всю ночь документы и компьютеры выносили, и в бронированные грузовики грузили — продолжил дежурный: — Через окна было видно, что там, в бронекапсулах, гражданские сидят, женщины и дети.

Я благодарно кивнул дежурному за ценную информацию — в голове сложился еще один пазл. Контора глубокого бурения, как бы они не назывались, чекисты или жандармы, отработали свои задачи до конца, после чего организованно вывезли всю свое имущество, а также семьи, включая собачек и кошечек. Возможно, только аквариумных рыбок не разрешили эвакуировать. Уверен, что ни одна падла, типа Зияз Поля, не посмеет даже бросить косой взгляд в сторону колонны жандармерии, состоящей из машин с противопульной защитой, да еще и под прикрытием бронетехники. И только полицейскому начальству глубоко по херу на безопасность личного состава. Позвоню я сейчас к примеру начальнику областного управления, которого знаю лично, и скажу, что надо организовывать эвакуацию семей. И что он мне на это ответит? Готов поставить свою пенсию, что ответ, будет примерно следующий: «И где я тебе транспорт возьму? И вообще, не приставай с глупостями, иди работай. У твоего отдела результаты работы по общеуголовным преступлениям ниже результата за аналогичный период прошлого года на целых три процента!».

Народ начал собираться минут через сорок, последним в актовый зал, наверное, по истечении часа, ворвался начальник отдела полиции.

— Новицкий! — заорал он с порога, пытаясь протиснуться мимо стоящих в проходе сотрудников: — Ты что устроил⁈ Да я тебя под суд отдам, сука ты такая!

— Гражданин бывший начальник. — я, одиноко сидящий за столом президиума, поднял на шефа мрачный взгляд: — Вам лучше сейчас здесь не «отсвечивать», а бежать в больничку, получать листок нетрудоспособности, чтобы официально не иметь никакого отношения к творящемуся здесь безобразию. А если будете мешать, то я вас просто застрелю, так как вы нас, всех здесь присутствующих, просто предали или продали…

— Ты что несешь, Новицкий? — начальник отдела выпучил глаза.

— Ваша резолюция? — я поднял над головой бумагу с текстом указания:

— «Начальнику дежурной части — обеспечить строгое выполнение!».

— Да у нас раз в два года такие указания приходят, и ты раньше молчал в тряпочку и не возбухал! А сейчас что — особо тяжкое похмелье у тебя, Новицкий? Так иди и проспись, я разрешаю.

— Такие проверки раньше были. — покладисто согласился я: — Только раньше такие проверки проходили в течение одного рабочего дня. И еще одно — никогда раньше ваш новый дружок, Зияз Поль не обещал мне, прямо в лицо, что, как только нас разоружат, то он лично придет ко мне домой и сдерет с меня живого кожу. Будете уверять, что это совпадение? Не думаю. В общем так — наш разговор окончен. Идите и не мешайте нам выживать, а то ведь правда застрелю.

Начальник, бормоча ругательства и угрозы стал протискиваться через возбуждённых сотрудников, а я продолжил.

— Вы все слышали. Я вам не начальник, приказывать никому не могу. Вы можете либо выполнить указание руководства, оставить оружие в «оружейке» и заниматься своими делами, или вооружиться и охранять здание отдела полиции, или пойти с моей группой и задать несколько вопросов новому начальнику службы безопасности полковнику, кажется он так назвался, Зиял Полю. В общем, выбор за вами. И подумайте о ваших семьях. Они, по моему мнению, под ударом, как и вы. Может быть, кому-то покажется целесообразным временно разместить их здесь. В любом случае, вы свободны в своем выборе. Кто с нами — через десять минут сбор во дворе, возле БТР.

Во двор новой службы безопасности я вошел без всяких проблем.

Сонный часовой, стоящий у опущенного шлагбаума тупо уставился на мое удостоверение, что-то буркнул и…я просто прошел мимо него, двинулся к зданию, но, не дойдя несколько шагов до крыльца, остановился и двинулся к мусорным контейнерам, стоящим в глубине двора.