Место встречи меня несколько смутило, и несмотря на то, что китайцам я был пока нужен и покушения можно было не опасаться, я всё же принял повышенные меры безопасности. Кто знает, что у этих узкоглазых на уме. Если уж говорят, что чужая душа — потёмки, то что творится в душе китайца, частенько не может понять и он сам.

Но окончательно меня выбил из привычной колеи внешний вид Бао Цзы Вэйя. Вместо традиционного китайского наряда он был облачён в дорогущий европейский костюм. Причём нельзя было сказать, чтобы тот сидел на нём как на корове седло. Костюм смотрелся идеально, высококлассные портные славно потрудились, подгоняя сшитый на заказ костюм к фигуре клиента, и эта хитрая сволочь, склочный старикан, чувствовал себя в нём вполне свободно и привычно.

При виде всего этого первая же моя мысль была, что здесь готовится какое-то грандиозное нае###во и чутьё меня не обмануло. Но начиналось всё достаточно прозаически.

Старый хрыч тепло меня поприветствовал и предложил сначала отобедать, прежде чем переходить к делам. Я не отказался, пожрать, это мы завсегда готовы, и мы сделали заказ. Причём странности продолжались, мой деловой партнёр жратву заказал себе вполне европейскую, никаких этих китайских штучек-дрючек. Даже в качестве выпивки, заказал обычную русскую водку. Короче, старался казаться рубахой-парнем. Всё страньше и страньше.

Мы закончили обед и перешли к кофе. Этот процесс сопровождался светской беседой на отвлечённые темы. Ничего не значащая пустая болтовня могла тянуться бесконечно, и я первым решил перейти к делу, взять быка за вымя (то есть миль пардон, за рога).

— Мы готовы перейти к регулярным оптовым поставкам товара, — сообщил я.

— Очень рад, — обрадовался собеседник.

Только вот радости на его лице и в голосе я не наблюдал. И дело было вовсе не в знаменитой восточной сдержанности и умении хранить невозмутимость в любой ситуации. Старая сволочь явно что-то задумала. И похоже, что вопрос был совсем не в поставках товара.

— Пока мы находимся на этапе становления и развития. Но собираемся быстро наращивать свой потенциал. Сейчас наши производственные мощности позволяют нам организовать для вас оптовые поставки в объёме сто килограммов Шёпота Морфея и двух килограммов Слёз Нефертити в месяц, — продолжал вещать я.

— Ваши производственные мощности? Ваши собственные? — сразу же уцепился за фразу китаец.

— Мы сочли, что для обеспечения стабильности поставок будет разумным установить свой собственный контроль над некоторыми из плантаций, — пояснил я как само собой разумеющееся.

— Но это невозможно! — растерялся собеседник. — Люди неспособны постоянно жить в мире демонов и контролировать там территории.

— Скажем так. У нас есть надёжные компаньоны из местных, совместно с которыми мы контролируем территории, на которых расположены плантации.

— Это очень любопытная информация, — признал Бао Цзы Вэй. — Но названные вами объёмы поставок, это ни о чём. Слишком малы. Мы ожидали от нашего сотрудничества гораздо большего. Поймите наша ветвь Организации хотя и очень важная, но не единственная. Я должен заботиться о репутации Московского подразделения Организации. Что такое сто килограммов, когда обороты других группировок, составляют сотни тонн героина, кокаина и метамфетамина в месяц. Меня просто поднимут на смех. А лишившись авторитета, можно очень быстро лишиться и головы.

— Вы не совсем искренни со мной. — попенял я собеседнику. — Наркотики, это ведь не только про деньги, это ещё и влияние на людей. Пороки делают людей уязвимыми и позволяют влиять на них и даже управлять ими.

Потребителями героина в своей основной массе является всякое отребье, которое нужно просто для извлечения прибыли.