Но думал сейчас Демченко не об этом. Для чего было блокировать всю станцию и отключать главный реактор? На кой-чёрт это потребовалось? Ответа у него не было, а их новый «друг», очевидно, уже не так разговорчив, как был раньше.

— Лейтенант! — вызвал его один из десантников. — Можно вас на минуту?

— Иду, — отозвался он и направился в дальний конец контрольного зала.

Там находился второй вход внутрь. Если Вячеслав хоть что-то понимал в схемах, а он, как ему хотелось думать, понимал, то вёл этот проход ко второму проходу на мостик колонии.

Выйдя из помещения и пройдя несколько метров по коридору, Демченко заметил троих десантников, что стояли у массивной двери, блокирующей проход по коридору.

— Что тут у вас?

— Да если бы мы знали, сэр, — как-то странно произнес один из них. — Потрогайте её.

— Чего?

Эта просьба поставила Демченко в тупик.

— Вот здесь, сэр, — сказал десантник и провёл рукой по переносит дверной створки. Здесь темно, поэтому тяжело заметить, но при прикосновении…

Вячеслав нахмурился и сделал, как ему говорили. Провёл рукой по ровной на первый взгляд поверхности двери. Действительно, визуально он этого не заметил, но ведя ладонью по само створке ощутил, как в некоторых местах металл был немного погнут. Совсем чуть-чуть.

— Что за чертовщина.

— Похоже, что кто-то упорно лупил по ней кувалдой с той стороны, — предположил вызвавший его десантник. — Других объяснений у меня нет, лейтенант.

Задумавшись, Демченко вызвал схему и быстро нашёл то место, где они находились. Если верить карте, то за этой дверь лежал ещё один коридор и…

— Лейтенант? — прозвучал в шлеме голос техника, отвлекая его от мыслей. — Все проверки пройдены. Основное реакторное ядро выйдет на свою пиковую мощность через двенадцать минут, но мы готовы снять блокировку станции.

— Понял, — отозвался Вячеслав. — Приступайте.

— Да, сэр.

Демченко ещё раз посмотрел на дверь и задумался о причинах того, почему кому-то в голову могло придти заблокировать большую часть колонии. Дельного и подходящего ответа у него не было. Разве что, если вспомнить причину их прилёта, Вячеслав мог бы опасаться утечки какой-либо биологической или химической дряни. Но это вряд ли. Отрядные медики проверяли состав атмосферы каждые десять минут, а их оборудование могло обнаружить любые примеси в воздухе, начиная от химических агентов и заканчивая даже вирусами, спорами и всем, что придёт в голову.

— Ладно, — сказал он наконец десантникам. — Следите за этой штукой. После того, как снимем блокировку, проверим удалённо или сами пройдёмся.

— Да, лейтенант.

— Вот и слав…

Договорить он не успел. Что-то ударило с другой стороны двери. Ударило с такой силой, что прочный металл гермостойких дверей выгнуло наружу на несколько миллиметров.

Вячеслав в растерянности уставился на дверь.

— Какого хрена, — пробормотал он.

— Лейтенант, что это было…

— Да я вообще без понятия, — искренне признался он. — Но мне это…

— Демченко! — рявкнул ему в ухо голос Максвелла. — Слава! Ты слышишь меня⁈ Ответь немедленно!

— Я здесь, Тайлер. У нас тут…

— Не снимайте блокировку! — перебил его Максвелл. — Слышишь меня⁈ Не снимайте блокировку со станции!

Вячеслав уже не ответил. Он бежал обратно в зал.

— Остановите процесс! — рявкнул он, вбегая в зал.

— Что? — лицо техника за стеклом шлема контактного скафандра выглядело удивлённым.