Я оборвала связь. Как раз то, что мне сейчас нужно.

Приглушенные звуки раздались с улицы. Легкое шуршание живой изгороди, царапание по камню. Три, два, один…

Асканио запрыгнул через открытое окно и приземлился у ковра.

— Что, даже кувырка не будет? — поинтересовалась я.

Он зыркнул на меня, и его глаза сверкнули красным, отразив свет из коридора. Какое-то мгновение казалось, что он вот-вот набросится на меня, но затем он выпрямился с абсолютно невозмутимым видом.

— Опять ты. Снова встречаемся вот так. Похоже, это судьба.

О нет, снова возвращение ловеласа.

— Что тебя интересует в убийстве пастора Хейвуда?

Асканио подхватил стул, поставил его перед столом, развернув к себе, и оседлал его, сложив руки на спинке стула.

— Мой интерес личный. Меня можно убедить обменяться информацией, но у тебя нет права меня допрашивать.

— А у тебя нет права здесь находиться.

— Как и у тебя.

Я удостоила его лёгкой улыбки.

— Тут ты ошибаешься.

Асканио улыбнулся в ответ.

— Ладно, допустим. Скажешь, кто?

— Лютер Диллон, заместитель директора Биозащиты.

Асканио опустил подбородок на руки.

— Если это правда, то я вторгся на твое место преступления. Как планируешь меня отсюда выгнать?

В его устах это прозвучало как предложение.

— Ты меня утомляешь.

— Мой промах. Мне говорили, что я могу здорово подбадривать в правильных обстоятельствах.

Не сомневаюсь.

— Царь Зверей знает, что ты здесь?

— Это дело клана.

У него было одобрение Андреа и Рафаэля, и он был уверен, что его прикроют в случае чего.

— Какое клану буда дело до этих убийств?

— Ты все еще не хочешь торговаться. Давай так: я открою мои карты, если ты раскроешь свои?

Я притворно вздохнула.

— Ты, видимо, считаешь, что у тебя очаровательная улыбка.

— Разве это не так?

— Знаешь, что я вижу, когда ты улыбаешься? Зубы. Зубы, которые могут вырасти в огромные, жуткие клыки. Мы оба знаем, что это угроза.

Он оттолкнулся от пола, и стул кувыркнулся назад вместе с ним.

— Теперь ты меньше чувствуешь угрозу?

— Не совсем. Продолжай катиться. Через дверь, дальше по коридору и вниз по лестнице…

Он склонил голову набок. Асканио и вправду был привлекательным, особенно, когда он улыбался как сейчас.

— Почему я тебе не нравлюсь?

— Ты угрожал мне на мосту, без приглашения заявился в мой дом, сыпал завуалированными угрозами и пытался меня подкупить, а теперь соришь на моем месте преступления.

— На мосту случилось недоразумение. Я пришел к тебе домой извиниться и предложить помощь, а насчет места преступления — то я занимался этим делом еще до тебя. — Он развел руками — ну просто сама невинность. — Я ни в чем не виноват.

Я рассмеялась. Просто не смогла сдержаться.

Асканио наклонился вперед, всем своим видом выражая беспокойство.

— Ты на секунду перестала хмуриться. Ты себя хорошо чувствуешь?

— Чу… — Я прикусила язык, чуть не выпалив «чудненько», и стоило бы ему это услышать, как игре пришел бы конец. Это было любимое словечко моей матери. — Чудеснее некуда.

По моему телу разлилось теплое покалывание, а в ушах зазвучали фантомные причитания. Ноздри уловили запах горящих трав и человеческой плоти.