Они остановились в тени длинной конюшни, И она изучающе посмотрела на него снизу вверх, и неожиданно для себя она поняла, что, в конце концов, ответит ему. У нее возникла уверенность в том, что он и прежде получал от людей ответы, таким уж он был человеком. Нет смысла противиться его настойчивости.

— Кажется, я уже сказала, что, судя по всему вам и так уже известно слишком много, — ответила она спокойно. — Разве что для протокола: мое имя — Хонор Мейфилд.

— Да.

Он снова взял ее за руку и повел в конюшню. В этом единственном слове слышалось удовлетворение.

Только «да». Просто и уверенно. Как будто она подтвердила то, что он уже знал.

«Что же тут происходит?» — спрашивала себя она.

— Откровенность за откровенность, мистер Ландри, я ответила на ваш вопрос. А теперь скажите, какова ваша роль во всей этой истории. Вы должны мне ответить.

— Неужели?

Он остановился перед просторным стойлом. Изнутри послышался тихий шорох, и через несколько секунд возникла любопытная лошадиная голова.

— Привет, Наследник. Надеюсь, ты сегодня в настроении для хорошей пробежки.

— Наследник?

Хонор шагнула вперед, вытянув руку, чтобы прикоснуться к носу лошади, наблюдающей за ней с интересом.

— Это Наследник?

Она рассматривала прекрасного гнедого жеребца и на мгновение забыла о Грейнджере и связанных с ним проблемах.

Холодные глаза Ландри отметили ее реакцию на лошадь.

— Это мой жеребец.

— Понятно.

Хонор не могла придумать, что сказать. Она мыслями углубилась в свое прошлое, эти воспоминания чуть не выбили ее из колеи.

— Не знала, — продолжала она бесстрастно. То есть, я хочу сказать, не знала, что вы владелец. Я видела его имя в программке. Бежит в пятом забеге, верно?

— Верно.

Хонор убрала руку, и лоснящийся чистокровка последовал за движением ее руки.

— Он очень красивый.

— Очень.

— Он сегодня станет фаворитом, не так ли?

Она не могла отвести глаз от животного.

— Вряд ли. Это всего лишь его вторые бега. Но ему еще предстоит показать, на что он способен.

Хонор отступила назад, подальше от любопытного лошадиного рта, который начал заинтересованно покусывать рукав ее шелковой блузки.

— Уверена, он справится.

— Он — хорошей породы, — отметил Ландри.

— Потомок Стиляги. — Хонор не осознавала, что произносит эти слова вслух, пока Ландри не ответил:

— Кажется, вам что-то известно об этой лошади.

Она покрутила головой:

— На самом деле не очень много. Я не слежу за подробностями скачек, просто время от времени хожу на ипподром. Девочкой я увлекалась лошадьми. Впрочем, обычно все женщины любят лошадей.

— Но вам известно о Стиляге?

Хонор вздохнула. Ничего не случится, если она скажет правду.

— Мой отец когда-то был его владельцем. То есть он и еще один человек. А что, Стилягу до сих пор используют как производителя?

— Да. Ему уже восемнадцать лет. Но до сих пор от него родятся только победители.

Ландри погладил теплую шею гнедого, и Наследник обнюхал его грудь, упакованную в рубашку кофейного цвета. Конь явно наслаждался тем, что находится в центре внимания.

— Итак, ваш отец когда-то был владельцем Стиляги?

— Это было давным-давно. Он и его партнер… — Хонор замолчала на полуслове. — Послушайте, мистер Ландри, ваше поведение кажется мне несколько странным. Пожалуйста, расскажите мне, какое отношение вы имеете к Грейнджеру.