Он останавливается передо мной.

— Ах. И тебе не стыдно.

Несмотря на то, что я чуть ли не взрываюсь от гнева, его близость странно влияет на меня, поэтому я разворачиваюсь и делаю шаг к окну, чтобы увеличить расстояние между нами. Но он хватает меня за руку, повернув к себе лицом, и слова, готовые слететь с языка, замирают, при его взгляде.

Самодовольный ублюдок. Он так уверен, что уложит меня в постель.

Не знаю, почему он на меня так действует, но когда он так на меня смотрит, я перестаю рационально мыслить. У меня либо колени тут же подкашиваются, либо я становлюсь вредной и строптивой. И в этот момент ярость до бела ударяет мне в голову. И я совершаю такое действие, которого никогда не делала за всю свою жизнь. Вырываю руку, отхожу на несколько шагов и наклонив голову, устремляюсь к нему, пытаясь протаранить.

И тут же врезаюсь головой ему в пресс.

Черт! Это как врезаться головой в кирпичную стену. Скорее всего я сломала шею или получила серьезную травму головы, но меня почему-то это не останавливает. И от разочарования, ярости и скрытой горечи, я со всей силы пинаю его по голени острым концом ботинок, он слегка приседает.

Но я еще не закончила.

С криком бросаюсь на него. И он тут же обхватывает меня руками, причем аккуратно, как бы пытаясь меня защитить от себя самой, но я мало на это обращаю внимание, только замечаю про себя, что он меня заводит своим видом. Я чувствую его жесткий и увесистый член, упирающийся мне в живот. Изо всех сил я стараюсь выбраться из его объятий, но он прижимает меня к стене. Я поднимаю руку, чтобы ударить его, он тут же ловит ее налету.

— Ублюдок, — кричу я, поднимая другую руку с тем же намерением, но и ту он тоже быстро схватывает. Удерживая за запястья мои руки, он поднимает их мне над головой.

Мы смотрим в глаза друг друга. Я с трудом перевожу дыхание.

— Я ненавижу тебя, — выплевываю я.

— Это не правда. Ты ненавидишь тот факт, что не можешь контролировать свои чувства ко мне.

— Могу. Ты самый самодовольный, эгоистичный, поверхностный, высокомерный, распутный ублюдок.

Он наклоняется очень близко к моему лицу.

— Да, я все это, но ты носишь моего ребенка. И скорее ад покроется льдом прежде, чем я откажусь от этой ответственности. Мы больше не вольные птицы, Роза. Это наш долг перед жизнью, которую мы создали.

— Если ты думаешь, что сможешь заняться со мной сексом, когда захочешь, то забудь об этом прямо сейчас, потому что я больше никогда не буду заниматься с тобой сексом.

— Я хочу, чтобы у нашего ребенка было все, что мы можем ему предоставить. Я говорю «мы», потому что хочу жениться на тебе и дать свое имя нашему ребенку.

— Опять? Ты не понимаешь? Я не хочу выходить за тебя замуж.

— Почему?

— Я говорила тебе уже об этом раньше. Я не хочу получить такого эгоистичного ублюдка, который будет мне изменять. Я видела в Лондоне таких мужчин, как ты. Они летают от одной девушки к другой, не разводясь со своими женами, постоянно обманывая этих несчастных женщин. Я не хочу такого брака. Рано или поздно ты разобьешь мне сердце. Говоря другими словами, ты слишком шикарный мужчина, чтобы жениться.

Он смотрит прямо мне в глаза.

— Иногда то, что ты видишь снаружи не отображает саму суть. Иногда мужчины, которые кажутся хорошими и преданными, тайно изменяют своим женам, причем довольно часто. Я же открытая книга, ничего не скрываю. Да, я спал со многими женщинами, но никогда ни одной не изменял. Я был вольной птицей. Но когда мы поженимся, я уже не буду таким.

— Вот именно. Тебе станет скучно, и ты захочешь новых ощущений.

— Ты не задумывалась ни разу, может у меня есть уже новые ощущения, которых я хочу? Как правило, люди не жаждут чего-то, что есть в изобилии, им хочется чего-то редкого.