Данте выскальзывает из машины, отдает ему ключ и подходит к моей дверце. Положив руку мне на спину, он ведет меня к стеклянному входу.

— Кстати, — говорю я тихо, — если ты планируешь также возвращаться назад, как ехал сюда, прошу тебя, вызови для мне такси.

Данте смеется.

— Ты привыкнешь к моему вождению.

Он придерживает дверь передо мной. Молодая женщина, сидящая за столом, кивает Данте. Человек в костюме открывает внутреннюю дверь, интерьер ресторана почти захватывает дух. Здесь нет дешевых, клетчатых скатертей или капающих свечей, застрявших в бутылках Фраскати. Здесь элегантный и сдержанный декор с темной кожей и деревом, так, наверное, выглядит британский джентльменский клуб. Воздух прохладный. Также здесь имеются гости за столиками, поглощающие свои блюда, и при этом чувствуют себя уединенно, из-за окружающих их растений в горшках. Я поднимаю глаза на прекрасные картины маслом, украшающие стены.

— Я же сказал тебе, что это место отличается от любого другого «Луиджи», — бормочет Данте мне на ухо.

Метрдотель подходит к нам с приветственной улыбкой и показывает наш столик. Белейшая скатерть накрыта на столе, а белые льняные салфетки с монограммой лежат перед каждым местом.

— Ты доверяешь мне заказать? — спрашивает Данте.

— Конечно, — бормочу я, немного ошеломленная внутренним убранством помещения.

Официант подходит с двумя меню, Данте машет рукой и просит подойти его поближе. Он склоняет голову к Данте, и они совещаются минуту или две. Данте называет человека Джузеппе, а тот в свою очередь обращается к нему как синьор Данте.

— Я начинаю верить, что ты знаком со всеми официантами Рима, — говорю я, как только Джузеппе уходит от нас.

В уголках его глаз появляются морщинки от улыбки.

— Ну, разумеется. Разве это не часть специфики плейбоя, привлечь всех на свою сторону.

— Они так хорошо знают тебя, потому что ты соришь деньгами?

Его улыбка становится еще шире.

— Это самое безопасное предположение, с твоей стороны.

Я киваю.

— Итак, что ты заказал?

— Для первого блюда — cacio e pepper.

— Я никогда такое не пробовала. Что это?

— Сыр пекорино романо и свежий черный перц опускают в воду для приготовления пасты, чтобы получился сливочный соус. Затем добавляют пасту, копченую свинину и яйцо. Это очень простое и легкое блюдо, но превосходное, когда оно хорошо сделано. Здесь делают его прекрасно. Наше второе блюдо — бычий хвост, медленно готовящийся с помидорами сан-марцано, пока мясо не станет настолько нежным, что будет само отпадать от костей.

— У меня уже слюнки текут.

В этот момент появляется Джузеппе с бутылкой вина. Со всем уважением, он показывает этикетку Данте, который одобряет его легким кивком. Джузеппе начинает наполнять мой бокал.

— Мне не…, — говорю я.

— Сегодня у тебя будут все время течь слюнки, — прерывает Данте. — Это очень хорошее вино, и мы выпьем за нашего первенца.

Я пристально смотрю ему в глаза. Первенца — это первый из многих детей. По его взгляду невозможно ничего прочесть, он внимательно наблюдает за мной. У меня начинает кружится голова от мысли, что мы можем быть с ним единой семьей.

Он поднимает свой бокал.

— За нашего ребенка.

— За ребенка, — слабым эхом отзываюсь я, прежде чем сделать глоток. Вино холодное и вкусное. Я смотрю на него поверх края своего бокала. Мне до сих странно думать, что я ношу его ребенка. Мужчина, которого я была уверена, больше никогда не увижу, отец моего ребенка.