Когда санитар потянулся к лицу девушки с вонючей тряпкой, Лиза решила рискнуть и не сопротивляться. Конечно же, Лиза могла дать им отпор. Она обладательница Метки ранга Спаситель. Скоро, может быть, и до Витязя дойдёт — чего ей какие-то бугаи-санитары?

Но она не стала сопротивляться.

Она знала, что её местоположение отследят и придут к ней на помощь. Ну или что она сама в конечном случае сможет сбежать. В тот момент Лиза уже понимала, что санитары её только усыпят, и не сделают ничего больше. Ни после всех этих замороченных медицинских проверок.

Пусть Лиза и не использовала Дар, её тело гораздо сильнее, чем тела неодарённых. Так что она проснулась ещё в машине и лишь изображала спящую.

Лиза поняла, что её увезли куда-то на Северо-Восток Парижа. Куда именно она не могла понять, ибо у того же рода де Пуанси здесь не было имений. Какие-то другие союзники террористов?

Когда девушку перетаскивали из машины в холл особняка, она из-под опущенных век наблюдала за происходящим.

И происходящее ей очень не понравилось — как минимум один из местных не скрывал своей Метки и ходил в белой безрукавке. И кольца его Метки уходили под ткань. Скорей всего этот мужик обладает пятым рангом. Есть ли ещё такие?

Вопрос.

Лиза же для своих похитителей была обычной Пустой сиротой. Её Метка была надёжно скрыта от людских глаз с помощью особого средства.

На данный момент Лиза могла бы рискнуть и сбежать уже несколько раз. Сейчас девушка уже понимала, что её передатчик сломан, а значит, ОКЖ не смогло отследить её местоположение.

Однако же княжна не хотела оставлять в беде пленниц. Всё это время она думала о том, как поступить лучше. Какой вариант приведёт её к успеху?

Даже сейчас она думала об этом.

«А как бы поступил ты, Максим?» — с грустной улыбкой обратилась она мысленно к образу, всплывшему в её голове.

А затем приложила ладонь к груди. В чашечки её пушапа были зашиты красивые золотые серьги, с необычным камнем внутри. Артефакторы в миг бы узнали в этом «камне» — хранителя стихии, заряженного пламенем. Лизе было любопытно, чей огонь использовал Максим.

А ещё ей очень нравились её новые серьги, которые знакомый мастер сделал для Волконской в Москве из старых серёжек её бабушки и двух хранителей стихии.

Правда, носить эти серьги бедной сиротке Элайзе Бишоп уж явно не стоит.

— И что теперь с нами будет? —дрожащим голосом спросила новенькая у других пленниц.

— Знамо что! — фыркнула громкая Кармен. — Продадут каким-нибудь извращенцам, которые будут нас трахать, пока свои члены не сотрут в песок!

— Кармен! — возмутилась Мика — самая сердобольная из девушек.

— А что Кармен⁈ Спасения нет и не будет! Что мы можем сделать? Хотя понятно, что — можем разбить окно.

— Не вылезем из-за решётки, — хмуро ответила ещё одна девушка.

— А кто говорит про «вылезти»? — недобро сверкнула глазами кросноволосая. — Разобьём стёкла, и этими стёклами вскроем себе глотки, чтобы не доставаться всяким тварям!

— Мы не должны отчаиваться, Кармен, — примиряющим тоном проговорила Мика. — Мы должны быть сильными и верить в чудо. Господь поможет праведникам!

— Где был Господь, когда нас поймали? — фыркнула красноволосая и резко задрала голову. — А ты что скажешь, Элайза? Мы с тобой тут уж подольше этих говорливых!

Лиза посмотрела на неё сверху-вниз. Их с Кармен привезли в один день. На начало того дня пленниц здесь было всего трое. И эти трое сейчас самые хмурые, запуганные и молчаливые.

Полностью утерявшие надежду.

— Мне нравится твой голосок, Кармен, — усмехнулась Лиза.