— Встаньте на холме. Пусть сорцы выйдут. Сеньор Этвиан, вы останетесь со мной. А вот наши вассалы, под общим командованием сеньора Эскера, обойдут их слева. Сеньор Эскер, вам поручается особое дело — сжечь их корабли.

— Это будет великолепно! — Эскер даже вспыхнул от радости. Не играл — был искренен.

Я ждал возражений. Хотя бы от Треве. Но он молчал, просто стоял в своей маске. Никаких эмоций. Честно говоря, я гнал вассальную конницу от себя с двойной целью. Первое — я не верил в эту толпу. При первом же намёке на провал они разбегутся. Но если направить их на грабёж… тогда их не остановить. Эскер везуч, и пираты в панике могут сами рвануть к берегу. Сломают строй. И тогда мы их стопчем.

— Лессан и Алнез — вдоль тракта. У Алнез только всадники, всего двадцать. У Лесан — хоть и все верхом, я подозревал в них в основном стрелков и только несколько копейщиков. Не дать укрыться пиратам в домах — вот их основная задача.

Я помнил, как северяне Гонората прятались за стенами укреплённых хуторов и как трудно их было оттуда вынуть.

— Если сеньор Бертран окажется в беде, он поднимет красно-белый стяг. Тогда ударите во фланг, — продолжал я продумывать варианты.

— Этого не случится. Там, где мы стоим — мы пускаем корни, — буркнул Бертран.

— Далее. Я со своим знаменем и Вермер — станем здесь. Укроемся за деревней и рощей. Как только пираты ввяжутся в бой с вами, мы обойдём их и ударим с тыла. До того, как они побегут к кораблям или замку.

— Решающий удар, — кивнул Вермер. — Вирак готовы.

На самом деле, я просто хотел держать его поближе. Под моим знаменем соберутся и мои люди, и самые разные добровольцы. Этого должно хватить. У Вирак около полусотни всадников и сотня арбалетчиков. Арбалетчики Вирак пусть сидят на баржах. Обойдёмся.

На этом совет закончился. Лесан и Алнез ушли ночью. По своей инициативе. Эскер — рано утром. Как я и предполагал, большинство вассалов остались под родовыми стягами. Так что у меня и Роннель оказалось около двух сотен всадников. Это — единственное, что пошло по плану.

Всё остальное — нет.

Бертран Ветвистый поднял своих людей ещё до рассвета. Стройно, организованно, без лишнего шума они приняли пищу — и я мог только мысленно ему поаплодировать. Сытый воин в бою против голодного — уже наполовину победитель. Пехота Маделар, плотными группами под командованием своих «офицеров», выходила из лагеря, когда мы только проснулись и начали разводить костры под завтрак.

Это не вызывало тревоги — до нужного им холма было всего километров десять по прямой. Три-четыре часа неспешного хода — чтобы не устать. У нас были все шансы их догнать. И при этом не спугнуть пиратов раньше времени.

Так что мы тоже позавтракали. Быстрее обычного — спасибо маделарским кошеварам, что остались и накормили всех. И уже через час двинулись следом, как раз успев получить копья, доставленные с подошедших барж.

Мы почти догнали пехоту Маделар — только для того, чтобы обнаружить, что они уже стоят в поле. А холм перед ними — занят пиратами.

Об этом сообщили разведчики. Я подумал — и решил не менять план. Повёл своих людей и отряды Роннель с Вирак вдоль канала. Именно там я впервые и увидел сорских пиратов.

Сорские пираты выглядели иначе. Не похожи не на жителей долины, не на жителей Таэна. Во-первых, заметно смуглее. Во-вторых — другие черты лица, что-то восточное, степное, несмотря на густые неухоженные бороды. В-третьих — очевидно чужая культура: татуировки, вычурные шлемы, костяные элементы брони, пёстрая, но функциональная одежда, яркие перья на шлемах. Они сразу выделялись.

Профессиональная деформация заставила меня отметить людей в тяжелой броне.