Профессиональная деформация заставила меня отметить людей в тяжелой броне. Кольчуги, шлемы, щиты. Но не больше нескольких на корабль. Остальные в толстой коже. Не в «вареной», особой выделке, а просто в толстой коже. Но шлемы почти у всех только у некоторых широкополые шляпы, тоже из толстой кожи. И грубое, но сносное вооружение. Щиты маленькие, круглые, более подходящие для абордажной схватки. Копий почти не видно, но очень много коротких, тяжелых, явно метательных. Нет, не страшно, максимум средняя пехота.

Между нами было обнесённое стеной в полтора человеческих роста село домов в сорок… Хотя по местным меркам — уже вполне себе город. Именно за его стенами я собирался укрыться, прежде чем ударить с фланга.

Селение стояло метрах в двадцати от канала. Канал в этих местах страдал весенними паводками, затапливал округу, но здесь берег был укреплён: деревянные платформы на сваях, каменные пристани, пара ворот в городской стене, даже деревянные краны и разгрузочные устройства. Всё продумано, хозяйски.

И всё это уже атаковали.

Жители городка пытались обороняться — ниже по каналу были затоплены баржи, видимо, нагруженные камнем. Пираты за утро успели обвязать одну из них тросами и оттащить в сторону, частью вытащив на берег. Вторую, кажется, уже начали разбирать их пловцы прямо под водой.

Так или иначе, несколько их юрких, небольших, но хищных лодок уже прорвались к импровизированному «порту» и высадили штурмовые команды.

Со стен их встретили стрелами и арбалетными болтами. Не слишком плотно, но слаженно: человек сорок, примерно пополам — арбалетчики и лучники с маленькими, «охотничьими» луками. Однако пираты действовали с неприятной, будничной эффективностью — они установили перед собой огромные, сбитые из досок штурмовые щиты, укрылись за ними и прямо там, под прикрытием, начали собирать таран. Запчасти для него им передавали с кораблей, как по хорошо отлаженному конвейеру.

Именно за этим занятием мы их и застали.

Глава 11

Битва на воде

Я поднял руку — жест, привычный и ясный. Всем замереть. Нашёл глазами Сперата, тот понятливо подъехал поближе. Я собирался отдать через него первый из десятков приказов. Поскольку, помимо «делай как я», с небольшими уточнениями, которые я мог отдать знаменем, и двух сигналов рога — «В атаку» и «Назад», — больше сигналов не было, я предчувствовал, что придётся немного повозиться. К счастью, время на это было.

— Собери тех, кто с арбалетом — и на фланг! Прикрыть подхо…

— Кто не трус? За Вирак! — рявкнул Вернер, и его крик отозвался эхом в его людях, как будто вопль покатился каменным шаром по ступеням, с каждым ударом удваиваясь.

Вернер всадил шпоры в бока своего коня и рванул вперёд, сразу перейдя на рысь. До врага было метров двести — рановато. Впрочем, сейчас это не самая большая моя претензия к Вернеру.

— За Вирак! — отозвались десятки голосов, и, к моему ожидаемому, но не менее оглушающему разочарованию, почти половина всей моей проклятой конницы взяла — и поехала за ним.

Без приказа. Без знамён. Без меня.

Топот, ржание, звон оружия, смех. Один всадник выронил шлем и не стал останавливаться — только плюнул и потряс копьём. Кто-то даже успел махнуть мне рукой, словно он за пивом поехал, а я тут должен ему шашлык к его возвращению пожарить…

Я яростно попытался ущипнуть себя за руку, но на ней везде была сталь, поэтому я просто закрыл глаза и стал глубоко дышать, считая до десяти.

— Нам следует присоединиться, сеньор Магн, — это Этвиан Роннель. Голос подчеркнуто спокойный. Вежливый. Я открыл глаза. Смотрит на меня из-под открытого забрала, глаза ясные и пронзительные.