Меня отвлекло здоровенное лезвие костяного меча, пробившее с диким визгом доски кровати примерно в том месте, где я был секунду назад. Ладно, если что-то не получается как правильно, надо попробовать по-другому. Я зажал фламберг под мышкой и ухватился за поперечную массивную балку кровати. Это послужило сигналом для обоих моих противников к нападению. Я рванул кровать на себя, одновременно разворачивая. С некрасивым криком ярости. Как и тогда, со столом, огромная кровать показалась неожиданно легкой. Я развернул её, отмахнувшись от приближающихся убийц как ноутом от ос. Они легко увернулись, отскочив. Хорошо, что Эглантайн с Эолой были достаточно далеко. То, что я их не задел громоздкой кроватью было ожидаемо. План был другой. Мне надо их ошеломить и попытаться ударить неожиданно. Я толкнул кровать в их сторону — так же хорошо, как в первый раз, не получилось, помешала мебель в комнате. Поэтому кровать, здоровенная все же дура, с грохотом сшибая с дороги стулья, столики и пуфики, пролетела всего метров пять и остановилась, накренившись. Но я уже вбегал по ней вверх.

Подлянщик с пудрой хрипел и бился в агонии — похоже, когда он отбегал назад, то споткнулся об один из столиков. И упал очень неудачно — на свой меч. Воткнув его себе в бочину. Нехорошая рана, все потроха наискось проткнул. Еще и дергается, расширяя рану. Не уверен, что даже я бы смог его вылечить.

Второй хмырь с ножами, отступил к стене, сделал руками странное движение и… Превратился в тень. Скользнул по стене к открытому окну и исчез в нем.

Я оглядел поле битвы. Гвена добила своего противника и сейчас показушно облизывала кровь с кинжала. Сперат тяжело дыша, стоял над телом последнего из своих. В дверях стоял предводитель убийц с растерянным лицом. Его меч остался в досках моего боевого ложа. Видимо, он выпустил рукоять от неожиданности, когда я начал её двигать.

— Последний! — указала на него Гвена.

— Живым! — рявкнул я.

Мой приказ сработал как стартовый пистолет. Все тут же кинулись бежать. Последний из убийц, успев кинуть грустный взгляд на свой волшебный меч, побежал по галерее к выходу. А мы — за ним.

Недалеко от выхода из моих апартаментов я заметил тело экономки. Во мне поднялась волна злобы, но скорости мне это не добавило. Надо выкроить время и разобраться с приступами своей нечеловеческой силы. Как они работают, вообще.

А вот убийца улепетывал от нас мастерски. Добежав по галерее до лестницы, он сиганул на неё с трехметровой высоты, не утруждаясь чтобы оббежать и спускаться по ступенькам. Приземлившись на лестницу, ловко погасил энергию кувырком. То, что он просто по не покатился по ступенькам или не переломал себе ноги я был склонен списать на магию, если бы не видел что-то очень похожее на ютубе. Паркурщик сраный.

Никто из нас прыгать на ступеньки с верхотуры не стал, поэтому мы сгрудились у перил, злобно глядя на убегающего убийцу.

— Да чтоб тебе ноги повыворачивало! — сказала Эглантайн. С узнаваемыми интонациями бессильной злости. Все так проклинают.