- Последняя битва между ангелами и демонами за души человеческие, - пошутила я забрала у ошалевшей тетки карточку, чек, подхватила кастрюлю. - Успейте купить билеты и запастись попкорном, - и вышла из магазина.

   Постояв пятнадцать минут на автобусной остановке, я поняла что опять придется идти пешком. Общественный транспорт не спешил на выручку несчастной ведьме с оголтелым фамилиаром подмышкой. Плотнее застегнув толстовку, я дошла до пешеходного перехода, перешла улицу на зеленый свет светофора и углубилась во дворы. Так будет быстрее, кроме того, во дворах народа меньше чем на уличных тротуарах. Мне любопытных взглядов по пути туда хватило, чтобы еще и обратно ими наслаждаться.

   И все же мне повезло...

   Нет, никто не спрашивал сигареты и не предлагал выпить. Все было гораздо хуже. Хотите верьте, хотите нет, но во втором дворе, который я неспешно пересекала, стараясь не обращать внимания на бульканье из посуды, на меня набросилась стайка детей от пяти до десяти лет. Что в них страшного? Ну, а как насчет красных глаз, когтей и торчащих из-под верхней губы игловидных клыков?

   Фамилиар с небольшим опозданием предупредил меня о семействе вампиров, проживающих в этом дворе. Спасибо, я уже сама поняла по внешним признакам с чьими отпрысками столкнулась. Дети шипели, словно змеи, и, растопырив руки, загоняли меня в угол. На уговоры оставить тетю в покое, пока она ремень не сняла и не надавала им по их пухленьким попам, вампиреныши не реагировали.

   Я вспомнила про стоматолога. Если обычные дети боятся сего повелителя бормашины и светоотверждающих пломб, то эта пузатая мелочь должна с воплями к маминым крыльям помчаться. Я думала неправильно. Слово еще не отзвучало, а дети молниеносно повисли на мне, вопя, царапаясь и пытаясь добраться до шеи.

   Кастрюля выпала у меня из рук. Фамилиар вывалился из нее на песок и затрепыхался. Через считанные секунды он стал похож на рыбу в панировочных сухарях. Отсутствие воды и хилое осеннее солнце грозило доделать то, что изначально намеревалась сделать я - зажарить симпатичную рыбку на обед и ужин, правда, не мне, а дворовой собаке с интересом наблюдающей за предсмертными судорогами моего фамилиара.

   Я испугалась. Черт знает что происходит, а у меня рука на этих... зверенышей не поднимается и неизвестно что будет, если они таки мне сонную артерию прикусят. Вдруг я сама буду вынуждена раз в месяц клыки болгаркой подрезать, лишь бы эстетический вид верхней челюсти сохранить, и на диету из томатного сока и сырого мяса перейти? Нафиг надо мне такое удовольствие!

   - А ну брысь отсюда! - рявкнула во всю мощь легких.

   Неожиданно подействовало. Вампиренышей отбросило от меня метра на полтора. Они зависли в воздухе, болтая конечностями и удивленно разевая щербатые рты. - Ага, не нравится! - я подпрыгнула на месте от радости. - Быстро простите прощения.

   - Простите госпожа ведьма!

   Я чуть от страха не умерла, услышав низкий хриплый бас за спиной. Медленно обернулась и завопила во весь голос от ужаса. Надо мной возвышался сорокалетний детина более двух метров в высоту и столько же в ширину, с ног до головы заросший жесткими волосами, в засаленной майке-алкоголичке и с вилкой в правой руке. По размеру вилка больше напоминала рогатину, которой можно завалить медведя.

   - Прощаю, - пискнула я, косясь одним глазом на вилку. - А за что?

   - Ну, как за что? - вытер тыльной стороной руки потный лоб детина. - За деток моих. Маленькие они еще, как ведьму видят, так волю теряют. Не обижайте их, госпожа ведьма, отпустите? - из глаз громилы меня окатила волна сожаления.

   - Я их не держу, - детки посыпались вниз.