- За упокой, - небесный житель перекрестился.

   - И премиальные, - кивнул рогатый, хвостом подтягивая к себе запотевшую бутылку.

   Домовой просек маневр и засадил нож в столешницу в опасной близости от волосатой конечности. Хвост неслышно убрался под стол. Я попросила у домового нож и срезала ошейник вместе с прикипевшей к нему веревкой.

   - Кого хороним? - крышка упала на стол. Нетрезво держась на плавниках фамилиар высунулся из кастрюли. - А, не важно... наливайте... - он рухнул назад.

   Троица переглянулась. Вторые пятьдесят перекочевали в желудки, а бутылка вернулась в холодильник. Я вспоминала список блюд из рыбы и думала надо ли чистить форель или и так сойдет?

   В дверь позвонили.

   Я прихватила посуду, сунула ее в раковину под струю холодной воды, чтобы проветрить жабры фамилиара, и поплелась открывать. Конечно, в глазок не посмотрела, за что тут же получила от куратора. Баба Лена явилась в рабочей униформе, со шваброй под мышкой. Последнее меня несказанно заинтересовало.

   - Это зачем? - я потрогала швабру.

   - Фантазия тебе ничего не подсказывает? - куратор язвила.

   - Неужели летать?! - я округлила глаза.

   Прекрасная покачала головой.

   - Дурында! Полы мыть! В больнице денег на хозяйственные нужды недостаточно выделяют вот и приходится помогать по мере сил и возможностей. А летаем мы как все - на самолетах. Так, хватит о ерунде. Нам кое что надо прояснить... - она осеклась и посмотрела мне за спину.

   Я обернулась и... тоже осеклась...

   Из головы вылетело все: имя, фамилия, возраст... Я в принципе потерялась во вселенной под названием сногсшибательное мужское тело. Голое тело непонятно откуда взявшееся в моей квартире. Через энное количество минут (примерно вечность) я смогла мычать. Чуть позже вернулись ощущения и я обнаружила, что наманикюренный палец непрестанно куратора атакует мой бок, а после я догадалась просипеть:

   - Насилуют? Убивают? - получилось с вопросительным оттенком, словно я предлагала первое или второе или сразу оба варианта.

   - Нет, нет, что вы! - поднял руки вверх незнакомец.

   - Нет! - я завопила.

   - Что нет? - мужчина нахмурил брови.

   - Не надо поднимать руки. Ооопустите их. Немедленно. Сейчас же верните, как было! - человек зарумянился и прикрыл интимное место ладонями. Слава богу они у него широкие! - Так вы кто? - я все же удосужилась задать правильный вопрос.

   - Я? Собака.

   - Кто? - чего он сам на себя обзывается?!

   - Собака. Вы меня из питомника забрали, - потоптался на месте мужчина.

   - Нееет... - протянула я.

   - Дааа, - тон в тон отозвался он. - Мне очень неудобно, но могу я рассчитывать на тарелку еды и не очень большое полотенце и один телефонный звонок? - незнакомец смутился.

   - Даа, - съязвила я. - На ломоть хлеба, носовой платок и по крайней мере телефонную трубку точно! - я зашла в комнату и закрыла дверь на замок.

   Мне срочно требовалась пятиминутная передышка...

   Демон так и не смог далеко уйти от станции метро Римская. Его адски тянуло вернуться и отыскать пристанище ведьмочки, с которой он повстречался в метро. И дело было даже не в том, что такую редкость он банально не мог упустить, и не в ее симпатичной мордашке, а в чем-то ином, что Альфарел не мог понять и назвать.

   Это неясное состояние смущало и беспокоило синеглазого. Никогда прежде он не испытывал ничего подобного - неясного. Все в его жизни было просто, размерено и находилось на четко отведенном ему месте, но в данном случае.