— Она была в постели, обнаженная, эта маленькая шлюха, ждала, когда он вернется после утренней пробежки. — Женщина жестко рассмеялась. — Здоровый образ жизни, спорт по утрам — это основное. Никто никогда не скажет, что Уилли Старрет не заботится о себе. Все говорят, он в великолепной форме. О Боже, что вселилось в меня! Я ведь знала, что он меня ударит, он всегда пускает в ход кулаки, и все это здесь, в холле. — Она наклонилась и закашлялась, когда Жюль в сопровождении официанта появился с подносом.

Лора рассеянно улыбнулась, будто это было в порядке вещей, что Жюль ждет ее.

— Спасибо. Оставьте это здесь… О, хорошо, что вы принесли поесть. — Лора наполнила чашку. — Миссис Старрет, вам следует выпить чашку чаю и съесть несколько бисквитов. А потом мы разместим вас в комнате наверху. Думаю, у вас есть багаж.

Она кивнула, глаза были совершенно застывшие. Припухлые синяки под глазами были выпачканы тушью, и Лора осторожно вытерла следы краски своим носовым платком.

— Пейте ваш чай, миссис Старрет, — мягко проговорила она.

— Я Вирджиния. Джинни. Я хочу, чтобы вы звали меня Джинни.

Лора улыбнулась:

— Я Лора Фэрчайлд. Вы можете подождать, пока я устрою для вас комнату? Мы поговорим позже, если вы захотите, когда у вас будет возможность принять ванну и отдохнуть.

— Я хочу поговорить. Вы проводите меня в мою комнату. — Властный тон несколько не вязался с ее заплаканным лицом, но было очевидно, что она привыкла отдавать приказания.

— Конечно, — сказала Лора, поднимаясь.

Лора увидела, что Жюль сделал жест рукой. Его штат исполнял все, что он приказывал. Лора посмотрела на женщину на кушетке и слегка развела руками, давая понять, что у нее нет выбора.

— Я позабочусь о комнате для вас, — сказала она Вирджинии Старрет и отправилась в отдел бронирования.

— Очень деловая, — сказал Феликс Жюлю. — Вам повезло, что она оказалась здесь.

Стоя за ними, Оуэн тоже наблюдал. Когда он увидел, что лицо Жюля помрачнело, он дружески положил ему руку на плечо:

— Жюль, она делает тебе честь.

— О, — выдохнул Жюль и собрался с мыслями. — Конечно, это сложно, ответственно — выучить хороший штат, которому можно доверять. Но ваша протеже, мистер Сэлинджер, прекрасная молодая женщина. Она многому научилась у Жюля, и я горд тем, чему она научилась.

И трое мужчин, довольные каждый по-своему, стояли, как бы охраняя Вирджинию Старрет, пока она пила чай в интимном полумраке холла, который снова зажил своей жизнью.

После обеда в доме Оуэна Лора рассказала Полю о происшедшем, а закончила тем, что изобразила Жюля ле Клера.

— Я горд тем, чему она научилась, — закончила она с небольшим поклоном, голос звучал низко и напоминал голос Жюля, а его французский акцент был скопирован превосходно.

— Точно, — сказал Поль, и они рассмеялись. — Это точно Жюль. Ты великолепна!

— Откуда ты знаешь? Ты же говорил мне, что не интересуешься отелями?

— Теперь я уделяю им больше внимания. Я несколько раз заходил, чтобы убедиться, что твои рабочие условия вполне приемлемы.

Лора улыбалась, но глаза были серьезны:

— Что бы ты сделал, если бы нашел условия моей работы неподходящими?

— Взял бы Жюля за шиворот, бросил в залив и скормил омарам.

— И тебя бы линчевали любители омаров. Поль, ты ничего бы не сделал. Он покачал головой:

— Я просто хотел иметь возможность представить тебя на твоей работе, когда думаю о тебе днем.