Рыжов еще раз взглянул на прилавок. Так и есть! Там стоял пес в пять дюймов роста. Именно та собака, о которой антиквар читал в архиве, в фонде Фаберже – платиновый пудель с изумрудными глазами и золотым ошейником. Как и в том описании, милый курчавый пес сидел на маленькой зеленой лужайке из малахита.

Очевидно, что реакция антиквара насторожила рыжего гостя. Он стал чаще оглядываться и протянул руку, собираясь забрать своего бобика. Но Рыжов опередил! Он схватил статуэтку, поднес ее под лупу и развернул тем местом, где обычно ставили клеймо. И точно! У хвоста справа личный знак мастера, а слева – заветная печать с буковками «К.Ф.»…

– Молодой человек, вы хотите это продать?

– Нет! Не продать, а только оценить… Сколько это может стоить. И что лучше – продавать поштучно или всю псарню?

– Так у вас они все? Все десять?

– Не скажу!.. Я первый вас спросил. Я заплачу за оценку… Так сколько это стоит?

– Это бесценно! Это нельзя продавать! Только в музей… Только в наш, в российский музей!

– Хоть приблизительно – сколько это стоит? Если ее, скажем, на аукционе продать, в Париже или в Лондоне?

– Если в Париже… Я думаю, что поодиночке – по два-три миллиона долларов за штуку. А если вся коллекция, то не меньше сорока миллионов…

На последней фразе посетитель перегнулся через прилавок, выхватил пуделя из руки антиквара и пробормотал что-то невнятное, похожее на «Большое спасибо! Рад был познакомиться». После этого он рванул к двери и растворился в вечернем сумраке пустынных арбатских переулков.

У Рыжова не было сил бежать за ним. И не было явных причин задерживать покупателя. За что? Человек принес показать свою драгоценную вещицу! Почему его надо держать и не пущать?..

До сих пор ноги у Захара Ильича были ватными, но они держали его в вертикальном положении. А в какой-то момент всё у него обмякло, и антиквар осел на пол… Он думал, что потеряет сознание, но голова прояснилась, и в ней появились умные мысли. Удивительно, но в сидячем положении лучше думается. Особенно, если ты примостился между прилавком и полкой с набором серебряной утвари…

Рыжову вспомнилась легенда о купце Степане Собакине, о его жене Фаине и о десяти собачках от Фаберже…

А еще антиквар подумал, что надо непременно позвонить Варваре Галактионовой… Эту дальнюю родственницу Захар Ильич вспоминал очень часто. Он знал, что она может помочь в сложных случаях – при кражах, при наездах и при налетах… Рыжов встречался с ней редко, но всегда помнил, что Варя, его троюродная племянница работает в детективном агентстве с умным названием «Сова»…

Сидя под прилавком, антиквар услышал, как скрипнула дверь. Послышались осторожные шаги. Кто-то входил в магазин.

Применив простую логику, Захар Ильич решил, что это вор, бандит или грабитель. А кто же еще?.. И потом, всем известно, что беда не приходит одна!

Рыжов протянул руку к нижней полке, мысленно извинился перед богом и схватил увесистый крест, тяжелый, как молоток. Потом он резко вскочил и замахнулся серебряным распятием на вошедшего!.. Перед ним стояла жена в плаще, наброшенном на домашний халатик.

Естественно, что глаза у Эммы Исааковны были круглые, огромные и испуганные.

– Захар, ты живой?

– Мне кажется, что да.

– Сейчас и мне так кажется… Но теперь я думаю, что нас ограбили.

– Не выдумывай, Эмма!.. Откуда ты это взяла?

– Ой, Захар, не считай меня дурой! Конечно, ограбили. Иначе, зачем тебе махать крестом, как Буденный шашкой?

– Так это я для тебя… Хотел сделать сюрприз.

– Уже сделал!.