Нарелин вылез из ниши, с наслаждением потянулся и принялся натягивать штаны. В отличие от Сэфес, обнажённого тела он не стеснялся.

— Монахов тоже на корабль вначале притащить придётся? — спросил он у Пятого, застёгивая куртку.

— Нет, в катер их, конечно, нельзя. Им вообще показываться нельзя. Думаю, ты понимаешь почему.

— Что же вы, значит, со временем будете крутить? — спросил Нарелин. — Вернёте их в точку гибели? А наша задача тогда в чём состоит? Где вы их выводить из Сети станете, прямо в лесу, что ли?

Пятый усмехнулся.

— В лесу. Только не в нашем, а в том, где до сих пор лежат их тела, вернее, то, что от них осталось. Придётся вам, граждане, подумать, как это дело лучше обставить. Только думайте недолго, времени почти нет.

— Ладно, — сказал Клео, допивая кофе. — В чём наша задача? Создать видимость, что ничего не произошло? Тогда мы, собственно, не нужны. Воссоздайте монахов, и пусть они придут в себя там, где их застиг удар, в той же временной точке. В монастырь они вернутся и без нашей помощи. Есть ещё какие-то нюансы?

— Есть, и немало. Уничтожать их память мы права не имеем, а кое-что они во время своего бдения запомнили. Ослепительный свет, боль, радость и безнадёжность — просто потому, что сумели увидеть Сеть так же, как её видим мы, — ответил Пятый. — Прости, этого в Сети нет, это мне скинул Арти.

— И что с того? — Клео недоумённо приподнял брови. — Пусть помнят. Или вы хотите, чтобы мы вдобавок дали им объяснения?

— На доступном для них уровне — обязательно, — ответил Пятый. — Просто передадите то, что мы вам скинем. И попросите у своих, — он сделал ударение на слове «своих», — чтобы мир в ближайшие полтысячи лет обходили стороной. В потенциале это Маджента, и очень хочется, чтобы ей тривиально никто не мешал. В Сети мы тоже посмотрим, что можно сделать, чтобы их не трогали.

— У кого — своих? — удивился Нарелин. — У нас пока нет таких «своих», чтобы на пятьсот лет вперёд загадывать.

— Здрас-с-сте, — обиделся Лин. — А Официальная Сеть?! Можно попросить, чтобы информационные потоки не гоняли, срезать воздействие, особо резвых любителей экспансии не подпускать. Много чего можно, и это в ваших силах.

— Ясно, — кивнул Нарелин. — Но, судя по всему, для официалов мы своими так и не станем, толку с наших просьб. Впрочем, посмотрим. Ну так что? Начинаем?

Выяснилось, однако, что даже нынешний их статус позволял предлагать к рассмотрению такие решения, и к ним обязаны были прислушаться. Тем более что в решениях не содержалось ни призывов к экспансии, ни намёка на насилие, ни указаний к действиям. Инфосеть, куда вышли Нарелин и Клео, отозвалась быстро и доброжелательно. Судя по всему, официалы предпочитали именно такой стиль общения. Или же проблема, которая им была предложена, не заслуживала большего. Впрочем, разбираться не было времени.

«Между прочим, Нарелин, — мысленно сказал Клео, — ты осознал, какие возможности кроются в доступе к ресурсам официалов? Если можно создать благоприятные условия для этого мира, почему их нельзя создать для Эвена?»

«Боюсь, это нам уже не светит, — отозвался Нарелин. — Близок локоть, да не укусишь. Ты ведь помнишь — мы непригодны».

— Ну что, согласились? — первым делом спросил Лин, когда Нарелин и Клео вернулись в катер.

— Нам везёт, — сообщил Нарелин. — Всегда бы мне такие переговоры. Согласились, причём с большим удовольствием. Не знаю, правда, как будут исполнять.