Хэнк странно глянул на нее, но промолчал.

Когда он остановил машину, Лора почувствовала щемящую боль, как будто вернулась домой после долгого отсутствия. Ей всегда нравился этот дом. А теперь, когда территория вокруг него была благоустроена, он смотрелся просто прекрасно. Внутри все осталось так же, как и в тот последний раз, когда она была здесь. Чувствуя, как оживает в ней любовь к этому дому, любовь к Хэнку, Лора медленно переходила из комнаты в комнату. Печальная улыбка тронула ее губы, когда она заметила восстановленную столовую и новые цветные витражи в раздвижных дверях. Она убирала стекла и мусор, когда он…

— Лора, послушай меня, сказал Хэнк, нежно беря ее за руки. — Я хочу объяснить, что получилось тогда, в последний день, — начал он.

— Ты обманул меня, — вставила Лора. — Ты хотел меня обидеть и напугать.

Хэнк посмотрел ей прямо в глаза.

— Да, я нарочно пытался обидеть и напугать тебя.

— Но зачем?! — воскликнула она. — Что я тебе сделала?

Волна самых разных чувств пробежала по его лицу.

— Самую ужасную вещь, какую могла сделать мне женщина. — Он улыбнулся, видя ее замешательство. — Ты заставила меня вернуться в мир чувств, заставила вернуться в мир любви. — Он задумчиво хмыкнул. — Я изо всех сил боролся с тобой, и эта борьба вытягивала из меня все жилы. А в тот день что-то оборвалось у меня внутри — я увидел, как мои рабочие поедают тебя глазами. Ты выглядела чертовски привлекательно. Это из меня вырвались ревность и страх. Смертельное сочетание. — Он замолчал, словно воспоминания мучили его и мешали говорить. — Я ревновал к каждому мужчине, который смотрел на тебя, восхищался тобой, желал тебя. Было невыносимо думать, что ты можешь предпочесть мне кого-то другого.

Ты моя, Лора. Моя. Помни это.

Его слова эхом отдались в ее голове и в сердце.

— Хэнк… — Не стыдясь слез, текущих по ее щекам, Лора подняла руку и погладила его лицо. — Любовь моя. Неужели ты считал, что меня придется удерживать? Я была твоя с самого начала.

По его телу пробежала дрожь. Закрыв глаза, он прижался губами к ее ладони. Когда он снова открыл глаза, на густых ресницах блестели крошечные капельки.

— Я люблю тебя, Лора! — Его голос был низким и хриплым. — Никогда не думал, что скажу это снова. — На его лице дрожала улыбка. — А теперь, я прошу, разреши говорить тебе это как можно чаще.

Какая же я была дура! — подумала Лора. Самая большая дура на свете. И, забыв обо всем, она бросилась в его объятия.

Ей показалось, будто она только что стояла и плакала в столовой, — и вот она уже лежит на большой кровати в спальне, крепко прижимая к груди своего любимого.

— Повтори, — попросил Хэнк.

— Я люблю тебя.

— Ох, Лора, повтори это снова, снова, снова!

И Лора повторяла, даже когда ей не хватало дыхания и когда она стонала от удовольствия. Только один раз она не повторила эти слова, а выкрикнула его имя, — когда достигла пика наивысшего блаженства.

— Да. — Хэнк умело заставлял трепетать ее тело, лаская его губами и руками.

— Он будет жить с нами, после того как мы поженимся?

Руки стали нерешительными, губы неохотно оторвались от ее груди.

— Только несколько месяцев. Он решил перебраться в район Поконо. — Хэнк поднял голову, чтобы посмотреть на нее. — Ты против?

— Нет, — сказала Лора, проводя ногтями по его крепкому бедру. — Просто я боюсь, что плач ребенка будет ему мешать, — объяснила она и замерла.