Колонна армии Плети в одночасье превратилась в сплошную линию фронта, синхронная атака с двух сторон приостановила её движение, личи и некроманты, наступающие за спинами упырей и поганищ, неожиданно для себя оказались на передовой, неся потери, гаргульям сложно было летать в лесу, и даже морозное дыхание ледяных змеев не сразу пробивало кроны многовековых деревьев.

Бесполезные в ближнем бою труповозки, развернувшись к лесу, дали залп, но большинство снарядов без толку попало в деревья. Хотя и нападающие несли потери; перекинувшиеся в звериную форму друиды были сильны, но заклинаниям личей было плевать на прочность шкуры, тролли Чёрного Копья хорошо умели воевать в лесу, но многие из них слишком плохо знали именно этот лес, привыкнув больше к тропическим джунглям, беорны и местные тёмные тролли сражались свирепо, но очень часто не успевали вовремя отступить, увлекаясь битвой, а гули, хоть и разлетались в стороны от могучих ударов когтей или топоров, не ослабляли напор и буквально погребали под собой замешкавшихся жителей Азерота. Линия сражения то откатывалась за границу леса, то вновь выходила на дорогу, установилось шаткое равновесие – защитники Ашенваля не могли далеко отойти от леса, атакуемые с земли и воздуха, а войска Плети, вторгаясь в лес, теряли преимущество и быстро уничтожались.

Перемалывающие друг друга армии ни на мгновение не останавливались, но вот командующие отвлекающей атакой Тиренд с Вол'джином посчитали, что союзники успели достаточно отойти, и за каких-то несколько минут основная часть летучих отрядов бесследно растворилась среди деревьев. Временно оживлённые друидами для прикрытия отступления, древни прекрасно справились со своей задачей, успев разбить ещё несколько метательных машин, а когда командиры наступающих сообразили, что путь чист, преследовать кого-то стало уже бессмысленно.

В тоже время отчаянно спешащие люди, в кровь стирая ладони, уже закатывали неповоротливые катапульты с товарками на новые позиции и занимали вторую линию обороны. Часть метательных машин пришлось бросить, предварительно обливая маслом и поджигая – слишком сложно было бы вовремя поднять их по крутому склону, и слишком высока была вероятность, что нежить использует их против прежних хозяев, если те останутся целы. Конницы в армии Кул'Тираса не осталось уже давно, отдельные всадники ещё сохранились, но Ашенваль очень жёстко показал, что успешно действовать в нём может только кавалерия на ком-то вроде гигантских волков или тигров, что не рискуют сломать себе ноги при каждом шаге в здешних буреломах. Оркам повезло, у них, хоть и немного, но такие животные были, а вот людям приходилось тащить все свои пожитки, или как сейчас – артиллерию, на собственном горбу.

Джайна наблюдала за этим, нервно кусая губы, от эликсиров, позволяющих восстановить запас магической энергии, во рту стоял терпкий привкус, лоб украшала испарина, а пальцы на древке любимого посоха слегка подрагивали от нервного напряжения. Её армия ещё твёрдо стояла на ногах и держала строй, но опытному глазу командира уже ясно были видны первые признаки того, что ещё немного – и солдаты выдохнутся. Тогда хватит всего одного достаточно сильного или удачного натиска, чтобы превратить доверившихся ей людей, дворфов и эльфов в корм для падальщиков. И она почти никак не сможет этому помешать.

– Едет, – прервала смутные размышления дочери адмирала стоящая рядом Вериса. Джайна тут же повернула взгляд в сторону, куда смотрела эльфийка, и сама увидела приближающуюся фигуру Вождя Орды верхом на своём волке.

– Мои люди выдержат не более ещё одного такого боя, потом мы будем вынуждены отступить за спины твоих воинов, – вздохнула принцесса, предвосхищая вопрос сына Дуротара.

– Я пришлю шаманов, мы…

– Нет, Тралл, – мягко, но бескомпромиссно остановила слова союзника девушка, – мы это уже обсуждали. Тебе и твоим шаманам понадобятся силы на своём участке, здесь мы справимся.