Тамара замолчала, потому что прислуга по сигналу цесаревича стала подавать десерт. Быстренько убрали ненужную посуду и поспешили исчезнуть, ощущая тяжелую энергетику спора.

— Самое интересное, Устюг в то время находился в составе Архангельской губернии и был там до середины двадцатого века, после чего Великий князь Андрей Меньшиков, младший брат нашего венценосного деда продавил идею о передаче города в Вологодскую губернию, заодно став наместником Севера.

— Зачем ты мне об этом рассказываешь? — пробурчал цесаревич. — Я неплохо знаю историю рода. Значит, так нужно было. И если ты, сестрица, раскатываешь свои хорошенькие губки на губернаторство, вынужден напомнить. У императора помимо меня есть еще сыновья, твои братья…

— Алешка и Игорь, — кивнула Тамара, — так себе вариант. У моего отца и дяди Миши своя головная боль на Дальнем Востоке и на западных рубежах.

— Нет-нет, — замотал головой Владислав. — Остынь, сестричка. Осади лошадей. Мы сейчас с тобой влезли в дебри административно-государственных проблем. Я, конечно, в любом случае доложу отцу о твоей претензии. Вот Никита молчит — и правильно делает.

— Очень вкусный кекс, — отломив кусочек десерта серебряной вилкой, Никита отправил его в рот и запил чаем. — Просто замечательный.

Даша едва улыбнулась, в отличие от Тамары, нехорошо посмотревшей на мужчин.

— А разве в северных губерниях такие большие проблемы? — простодушно спросила Софья, которая заметно устала и все чаще прикладывала руку к пояснице. Владислав подскочил к ней, что-то прошептал на ухо, потом кликнул кого-то из горничных. Цесаревну увели, а Даша задумчиво, ни к кому не обращаясь, произнесла:

— Сейчас бы Оля вмиг определила, когда Софье рожать.

— Кто это? — поинтересовался наследник.

— Наша родовая Целительница, — неохотно ответил Никита. — Ты должен был о ней слышать, Владислав Александрович. Она у Кошкина учится, а в скором будущем войдет в структуру Вологодского медицинского центра.

— Ах, да! — хлопнул себя по лбу цесаревич. — Слышал же! Отец очень внимательно следит за строительством… Нет-нет, ничего спрашивать не буду! Не моя компетенция!

Он засмеялся и выставил перед собой ладони. Дальше разговор вяло перетекал с одной темы на другую, отчего у Никиты сложилось мнение о намеренном прощупывании всех интересов его клана. А разве не этим должен заниматься человек, готовящийся через какое-то время сесть на престол? Вполне логично ведет себя Владислав.

Всему, однако, приходит конец. Цесаревич извинился, что ему нужно покинуть интересную компанию. Если кто желает отдохнуть, для них приготовлены комнаты на втором — гостевом — этаже.

— Милая, как понимать твою атаку на цесаревича? — ослабляя ворот рубашки, спросил Никита, когда семейство Назаровых уединилось в выделенных для них смежных комнатах. — Ты меня хочешь губернатором сделать?

— Для начала, — Тамара ничуть не смутилась проскользнувшими нотками недовольства в голосе мужа, умудрилась кошачьей поступью зайти ему за спину и обняла. — А почему бы и нет? Разве ты этого не заслужил?

— В совокупности всей своей деятельности — да, — улыбнулся Никита.