В сопровождении Слона и Лязгуна он спустился к набережной. Здесь уже гуляли отдыхающие, которых, казалось, вовсе не смущали звуки стройки: визги бензопил, рычание автокрана, гул бетономешалок. Небольшой пляж был забит взрослыми и детьми, по воде сновали катамараны и прогулочные лодки. Что ж, Тамара была права, когда настояла открыть сезон, несмотря на продолжающиеся работы. Главное, стройка была огорожена защитным решетчатым забором, чтобы любопытная ребятня не совала нос куда не следует.

Засекина они нашли неподалеку от административного корпуса в редком сосняке у озера. Песчаный желтоватый берег оказался усыпан многочисленными шезлонгами, на которых загорали дамы и мужчины всевозможных комплекций.

Артем находился в веранде, и склонившись над столом, что-то тщательно изучал на большом листе бумаги, залихватски перекатывая дымящуюся сигарету из одного уголка губ в другой. Возле крылечка стояла черная «Ладога», в которой начальник охраны разъезжал по объектам.

Увидев подходящих Никиту со своими телохранителями, он судорожно выхватил сигарету изо рта и вдавил ее в жестяную банку.

— Здравия желаю, Никита Анатольевич, — невпопад брякнул Артем. Бывший военный, отслуживший срочную и пять лет по контракту, нет-нет и допускал подобные армейские закидоны. С другого бока — Засекин был прав. Никита являлся офицером, разве что в мирное время не носил военную форму. Поэтому волхв спокойно воспринимал оговорки. — Прошу прощения, что не с вами. Прикидываю, как лучше организовать охрану периметра.

Он кивнул на карту базы, нарисованную от руки разноцветными карандашами.

— Сам чертил? — кивнул на нее Никита, присаживаясь на лавочку.

— Да нашел умельца, — Засекин убрал банку-пепельницу подальше от стола, найдя ей место на перилах, пожал руку Слону и Лязгуну.

— Что там по южному фасу? Колень жаловался, оживление какое-то нездоровое.

— Есть такое, — подтвердил комендант базы, пошевелив широкими плечами. Антон, хоть и уступал ростом тому же Слону, но был таким же коренастым, крепко сбитым, с хорошо прокачанными мышцами и бицепсами. К его загорелому с широкими скулами лицу совершенно не подходил васильковый цвет глаз, отчего парню не удавалось создать образ молчаливого сурового бойца. Друзья шутили, что лучше бы он не пытался этого делать. Молодые барышни, гостившие на базе вместе с родителями, влюбляются в него без всяких уловок. — Заметил еще с начала лета. Многих привлекают места для пикников. Останавливают машины, а сами под деревьями на травке расслабляются.

— В каком смысле — расслабляются? — поддел его Слон. — В этом самом? Интимном?

— Сдурел, что ли? — возмутился Засекин. — Думаешь, я бы позволил? Шашлыки жарят, водочку пьют. Я пытался вразумить, что здесь частная территория. Даже щиты с предупреждением выставлял на просеках.

— Надо создать егерскую команду, — предложил Лязгун. — Посадить их на квадроциклы по два человека экипаж. И гонять нарушителей, пока за ум не возьмутся.

— Территория не ограждена, нет четких указаний, что делать с отдыхающими, — Засекин взглянул на задумчивого Никиту. — Ведь под видом праздно шатающихся граждан можно таких бед наделать. Диверсию какую-нибудь устроят, например. Подобраться к охраняемой зоне легко. Пальнуть из гранатомета — одна секунда. Пока шум и паника, скрылись в лесу. Кстати, там же овраг есть. Удобное местечко.

— Вы с кем-то к войне готовитесь? — поинтересовался Никита, поглядывая на разговорившихся бойцов. — А я не знаю об этом?

— Никита Анатольевич, — ничуть не смутился Слон. — После случая с Андрейкой Краусе можно все что угодно ожидать.