— Ну, для Тайных Дворов сие событие как раз на руку, — Страж тяжело заворочался в кресле, устраиваясь поудобнее. — Все при деле будут.

— Я об этом не забыл, — Никита посмотрел на Тагира, о чем-то оживленно шепчущегося с Арсением. — Но опытные наставники значительно помогут мне, и кто знает, как повернутся дела в будущем. Вдруг Тайные Дома неожиданно станут ядром новой военной структуры.

— Темнит молодой, — хохотнул Тагир. — Ох, темнит!

Страж насупился и зашевелил своими густыми бровями, что-то обдумывая. Потом обратился к Тагиру:

— А сам ты что хочешь? Остаться в Раздольной, или поехать с Никитой? Вот давай начистоту. Я тебя отпускать не хочу. Твои знания и умения еще пригодятся молодым потайникам. И с Арсением такая же петрушка.

— Да стары мы, Егорыч, — вдруг честно ответил Тагир, потирая бритую макушку. — Война — дело молодых. Времена меняются, а мы уже не можем прыгать и бегать как в двадцать лет, подавая пример ученикам. Да и семьей заняться охота.

— Так и у Назарова вы тоже не на скамейке сидеть будете, — вмешался в разговор атаман. — Размечталось старичье!

— Поговори еще, — беззлобно откликнулся Арсений. — Давно ли от нас по лесам бегал, чтобы по шее не получить?

— Да я всего на десять лет вас моложе! — притворно возмутился Данилов.

— Щенок малый ты перед нами, — заключил Тагир беспощадно.

Мужчины оживились, вспоминая былое.

Никита терпеливо ждал, когда потайники наговорятся. Он уже видел, как меняется настроение Тагира и Арсения. Значит, правильно просчитал ситуацию. Страж прекрасно понимает, насколько ценны эти бойцы, но и обижать их не хочет, мягко отстраняя от интенсивных тренировок. Васька Смородин, с которым Никита уже успел поговорить, признался в больших изменениях в методиках подготовки. Действительно, времена настали другие, и требования иные, более современные, основанные на новейших принципах ведения боя. Русско-маньчжурский конфликт это показал со всей беспощадность. Партизанские методы меняются на разведывательно-диверсионные. Это хунхузы еще могут так воевать, а для потайника топтание на месте сродни смерти.

— Если ты обеспечишь им достойную старость и нужность — забирай, — честно сказал Васька.

Первым задал вопрос Страж.

— Поедете с Никитой в Вологду? Приказывать не имею права. Только без обид. Если нет желания — оставайтесь. Подумайте. У вас есть ночь для этого.

— Отпускаешь, значит? — осторожно спросил Тагир. — Ну, вот, Арся! Сподобились, в отставку отправляют…

— Да не ерничай ты, — поморщился Арсений, наклонившись вперед и сцепив руки в замок. — Где мы там будем жить?

— Мы построили поселок для работников имения, — ответил Никита. — Там будут жить только те, кто дал присягу Роду. Место прекрасное, не хуже Раздольной. Речка неподалеку, дорога, электричество, канализация, водоснабжение. Да и зимы помягче чем здесь.

— Смотри, как поет, — толкнул Тагир Арсения плечом в плечо. — Как коробейник зазывает. Даже интересно, что у него за товар за пазухой.

— С Любашей надо разговаривать, — кивнул Арсений. — Без ее согласия никуда не поеду.

— Ну, мне легче, — ухмыльнулся Тагир. — Моя Маруся не местная, ее ничего здесь не держит.

— Переезд — дело не быстрое, — выдохнул Никита. Кажется, одного перетянули на свою сторону. Уже победа. — Я не тороплю.