– И что же?

– Штаны.

Опускаю голову и понимаю, что действительно забыла их снять. Хотя в этом виноват он! Нечего было доводить меня до такого напряжения.

– Это легко исправить, не утруждайся. – Гай опускается вниз и хватает ткань чуть ниже моей задницы.

– Эй!

– Я воздержусь от лицезрения твоего чудесного нижнего белья в цветочек, не беспокойся.

Он снимает мои штаны, при этом – наверное, для моего успокоения, – отводит взгляд в сторону, тянет их вниз вслепую. Вскоре они оказываются на полу, и я переступаю через них.

Встав с колен и аккуратно сложив вдвое брюки, в которые заворачивает и мой лифчик, Гай протягивает свою ладонь.

– Подай мне руку, пожалуйста.

Понимаю, что он хочет сделать, и жалобно хлопаю глазами.

– Пожалуйста, не надо.

– Доверие ещё придётся заслужить, Каталина. А пока подай мне руку, пожалуйста.

Приняв своё поражение, я делаю, как он велит, и на моём запястье снова появляется этот идиотский наручник. Наверное, Гай даже прав. Скорее всего, я снова прибегла бы к попытке сбежать. И с треском провалила бы её.

После посещения магазина по дороге мы заезжаем в салон, где мне перекрашивают волосы. В абсолютно чёрный цвет. В цвет, подобный душе Гая, – пролетает в голове мысль в процессе.

Минут через двадцать мы снова сидим на мотоцикле и едем куда-то ещё. Я выгляжу иначе, но не знаю, почему Гай так уверен, что здесь нас никто из людей его отца не заметит. Может, дело в тех его словах, что он выдавал Нейту с Зайдом? О какой-то там чужой территории и праве убить того англичанина?

Мы паркуемся возле ночного клуба с яркой розовой вывеской с изображением девушки на шесте и коктейля, внутри бокала с которым она находится.

Гай откидывает мои волосы назад, заправляет пряди за уши и просто смотрит, стоя передо мной – высокий, весь в чёрном, с зелёными глазами, словно светящимися в темноте. Прекрасный убийца с ещё не засохшей кровью на руках.

Я замечаю знакомый БМВ за его спиной, а затем и двух парней – одного с чёрными словно смоль волосами, а второго со светлыми, который в целом выглядит так, словно кто-то превратил золотистого ретривера в человека.

– Неплохо, – оценивающе пройдясь взглядом по мне, заключает Зайд. – Решил впихнуть её в эскорт?

– Помолчал бы, прежде чем так высокоинтеллектуально шутить, – закатывает глаза Нейт.

Гай игнорирует их колкие словечки и спрашивает:

– Фам у себя?

– Да. Развлекается с девочками и играет в карты в своей берлоге. Мы предупредили его о твоём визите, как ты и велел.

Гай кивает друзьям и отдаёт им свой пистолет и боевой нож. Они спрашивают, уверен ли он в своих силах, чтобы идти туда безоружным.

– Правила, – коротко отвечает Гай. – Мне не убедить его, если я нарушу его правила.

И затем он хватает меня за руку, чтобы как-то скрыть наручники от посторонних.

– Оставайтесь здесь, следите за обстановкой снаружи. Я сообщу, когда вам можно будет войти. Но не вздумайте действовать без моего приказа.

– Ладно, чувак, – шуточно отдаёт честь Нейт.

Вдвоём мы направляемся к двойным дверям, украшенным светодиодной лентой. По сверкающей поверхности ползут замысловатые узоры, напоминающие хвост дракона.

– Ты не скажешь мне, что мы здесь делаем? – спрашиваю я, уже горя от нетерпения.

– Этот клуб принадлежит вьетнамцам – местной криминальной группе. Чужая территория. Люди отца ни за что сюда не сунутся, потому что он чтит правила криминального мира почти так же свято, как священник чтит Библию.