— О да, конечно. Вы — брат герцога Денвера. Никогда не видал эти места, я сам живу в той стороне — в Хантингтоншире, это недалеко от Эля.

— О да, мне очень хорошо известны эти места. Деревни с фруктовыми садами и тому подобное… Они расположены в низине, но там удивительно плодородная почва.

— В эти дни я совершенно не занимался хозяйством, — проворчал мистер Велдон. — Посмотрите на эту русскую пшеницу, ее выбрасывают. Словно и без того дела недостаточно плохи с этими заработками, расценками, страховкой. У меня пятьдесят акров пшеницы. Думаю, что сбор урожая обойдется мне в 9 фунтов за акр. И что я буду с этого иметь? Мне повезет, если пять фунтов с акра. Не знаю, что это чертово правительство ожидает от фермера. Они, видимо, считают, что он будет продолжать в том же духе? Будь я проклят, если мне иногда не хочется бросить все это разом и уехать из этой проклятой страны куда-нибудь подальше. В этом нет ничего особенного — слоняться тут. Слава Богу, я не женат! Я слишком благоразумен. Если вы примите мой совет, то вы также не сделаете этого. Вам придется быть очень находчивым, чтобы этого избежать. Вы выглядите так, словно у вас это получается достаточно хорошо. К счастью, ваш брат все еще моложавый мужчина. Я имею в виду налоги на наследство. Искалечили поместье, не так ли? Но я всегда считал, что он довольно сердечный человек для герцога. Как же он справляется со всем этим?

Уимси объяснил, что Денвер получает свой годовой доход не с поместья, которое было отягощено долгами, превышающими его стоимость.

— О, понятно. Тогда вы счастливчик. Человек делает все, что от него зависит, чтобы в наше время добыть со своей земли побольше средств к существованию.

— Да, наверное, вам приходится придерживаться этого. Рано вставать и поздно ложиться. Тогда ничего не ускользнет от хозяйского глаза. Вот такая штука, верно?

— О да, да.

— Вам пришлось оставить все дела и выехать в Уилверкомб? И сколько вы намереваетесь здесь пробыть?

— А? Не знаю. Это зависит от следствия, не так ли? Конечно, Дома я оставил человека, чтобы он присматривал за хозяйством.

— Правильно. Не лучше ли нам вернуться и присоединиться к леди?

— А! — мистер Велдон ткнул Уимси локтем под ребро. — Леди, Да? Будьте осторожны, старина! Вы достигли опасного возраста, так? Если вы не будете осторожны, то попадетесь.

— О, думаю, что смогу справиться и уберечь свою голову от Петли.

— От… О, да… от супружеской петли. Да! Ха-ха-ха! Совершенно верно! Думаю, нам пора идти.

Мистер Велдон довольно поспешно направился прочь из бара. Уимси, размышляя о том, что умение проглотить обиду, — это необходимая часть натуры детектива, сдерживая искушение воссоединить носок своего ботинка с довольно массивным задом мистера Велдона, задумчиво последовал за ним.

Официант сообщил ему, что леди перешли в дансинг-холл. Генри что-то проворчал, но успокоился, когда увидел свою мать, сидящую за столиком. Она наблюдала за Гарриэт, которая в платье цвета кларета плавно вращалась в опытных руках Антуана. Уимси учтиво попросил миссис Велдон оказать ему честь, но она отрицательно покачала головой.

— Не могу. Не так быстро. Скорее всего — больше никогда… теперь… когда Поль… Но я попросила мисс Вэйн наслаждаться и не обращать на меня внимания. Это такая радость — видеть ее счастливой.

Уимси сел и сделал все возможное, чтобы насладиться зрелищем счастливого вида Гарриэт.