Сианг сидела в противоположном конце просторной комнаты. Окна от пола до потолка с косыми переплетами пропускали море света. Хаг прошел, пересекая яркие полосы солнечных лучей, падающих на цветистые ковры, и встал перед резным креслом Сианг.

Говорили, что это кресло было сделано одним из поклонников Сианг и передано ей в подарок. Оно было весьма необычным. Высокую спинку увенчивал череп. Кроваво-красные подушки, на которых возвышалось хрупкое тело Сианг, были окружены изображениями духов и привидений, которые, извиваясь, устремлялись вверх. Ее ноги покоились на скамеечке, представлявшей собой склонившиеся в раболепных поклонах нагие тела. Грациозным жестом руки Сианг пригласила его сесть в кресло напротив. Хаг с облегчением отметил, что вид у него был самый обычный.

Сианг, отбросив пустые любезности, со стремительностью стрелы ударила прямо в цель.

– Я провела всю ночь за работой, – она положила руку, высохшую и почти бесплотную, но изящную и элегантную в движении, на запыленный кожаный переплет лежащей у нее на коленях книги.

– Мне жаль, что по моей вине был нарушен твой сон, – начал свои извинения Хаг. Сианг прервала его:

– Откровенно говоря, я бы все равно не заснула. Ты плохо влияешь на мое душевное спокойствие, Хаг Рука, – добавила она, глядя на него сузившимися глазами. – Я не буду огорчена, если ты уйдешь. И я сделала все, что могла, чтобы ускорить это, – ее веки, такие же голые, как и голова, моргнули. – А когда уйдешь, больше не возвращайся.

Хаг понял. В следующий раз колебаний не будет. Лучник получит приказ. Лицо Хага стало решительным и жестким.

– Я бы в любом случае не вернулся, – тихо проговорил он, не поднимая глаз от скрюченных фигур, склонившихся, чтобы поддерживать маленькие изящные ступни Сианг. – Если Эпло не убьет меня, тогда я должен найти…

– Что ты сказал? – резко прервала его Сианг. Хаг растерянно посмотрел на нее. Потом, нахмурившись, проговорил:

– Я сказал, что если я не убью Эпло…

– Нет! – кулаки Сианг сжались. – Ты сказал: “Если Эпло не убьет меня!” Чего же ты ищешь, преследуя этого человека – его смерти или своей? Хаг поднес руку к голове.

– Я … оговорился, вот и все, – его голос звучал хрипло. – Это все из-за вина…

– Правильно, как говорится, что у трезвого на уме… Нет, Хаг Рука, – тряхнула головой Сианг, – ты к нам больше не вернешься.

– Ты пошлешь на меня нож? – быстро спросил он. Сианг размышляла.

– Не раньше, чем ты выполнишь договор. На карту поставлена наша честь. И поэтому Братство поможет тебе, если это в наших силах, – она взглянула на него, в ее глазах был странный блеск. – Если ты захочешь…

Аккуратно закрыв книгу, она положила ее на стоящий рядом с креслом столик. Взяла со стола железный ключ на черной ленте. Протянув руку Хагу, милостиво разрешила помочь ей встать. Однако отказалась от его помощи при ходьбе и сама медленно, с достоинством дошла до двери в дальнем конце комнаты.

– Ты найдешь то, что ищешь, в Черном Сундуке, – сказала она ему.

На самом деле Черный Сундук был вовсе не сундуком, а хранилищем оружия, всякого – и обычного, и магического. Магическое оружие, конечно, ценилось очень высоко, поэтому законы Братства относительно него были строги и соблюдались неукоснительно.

Член Братства, добывший или изготовивший такое оружие, может считать его своей личной собственностью, но он должен уведомить Братство о его существовании и сообщить, как оно действует.