Кошкин не перебивал, слушал внимательно.

На лице у него застыло странное выражение, которое я никак не мог понять.

— Продолжай, Алексей.

— Дальше я вернулся обратно. Лег спать. Утром снова отправился в город.

— Зачем?

— Была весомая причина. Я заметил подозрительную машину у дороги. Явно она стояла не просто так. В общем, разобрался я, что это мент тот за мной наблюдение организовал. Неприятно, конечно. Но не обманул, услугу оказал — сняли меня с розыска, убрали ориентировки с городских стендов. Пока шел обратно, зашел в столовую, жрать хотелось просто невыносимо. Когда домой отправился, мимо меня два пожарных «ЗиЛа» промчались. Заподозрив неладное, я бегом рванул домой. Пока добрался, понял, что дом подожгли. Все дотла сгорело.

На этом я решил сразу перескочить на другую часть рассказа.

— Нашел где пересидеть временно. Но прямо посреди белого дня, меня похитили люди какого-то Клыка. Полагаю, та каша, что заварилась в учебном центре, а после в машине военной комендатуры — все из-за него. Он и есть тот крот, внедренный в комитет госбезопасности. Возможно на местном уровне, возможно выше.

— Уверен?

— Не знаю, предположений много. Меня держали связанным в подвале жилого дома, в темноте. В глаза светили фонарем, потому я никого не видел. Уроды хотели выяснить, кто я такой. Но я сбежал. Оказалось, что меня как-то умудрились перевезли из Припяти в Чернобыль. Ну и вот. Денег нет, документов тоже. В грязной одежде, с помятой рожей. Как назло, последний автобус ушел, крыши над головой не было. К счастью, на автовокзале мне попался старик на «Запорожце», с ним-то я и ехал. Пока эти на «Ниве» не прицепились.

На этой ноте я и закончил свой сбивчивый рассказ.

Взглянув на подполковника, я заметил, что тот смотрит на меня странным взглядом.

— Что-то не так? — с тревогой поинтересовался я.

— Ну, допустим все, что ты мне рассказал, это правда, — хмуро произнес он. — Как ты объяснишь вот это?

С этими словами он вытащил из кармана мое письмо, которое было похищено из дома. Ранее, я полагал, что это сделал Андрей Петров, но тот почти сумел меня переубедить, что он тут ни при чем. А на самом-то деле вон оно как получилось. Я сразу же вспомнил слова Погодина о том, что пока я бегал к грузовому порту, заезжал темный «УАЗ». В темноте он действительно выглядит как черный, хотя по факту таковым не является. Я видел следы колес у дома — свободно проехать по тому бездорожью мог только «УАЗ». Военный, именно такой, на каком отец Юльки ездил на работу. И как я сразу не догадался?!

— Это часть причины, по которой меня ищут! — сухо ответил я. — Я из-за него уже столько бед хлебнул…

Офицер нахмурился.

Развернул письмо, пробежался по нему глазами и начал цитировать:

— Здесь написано, что на Чернобыльской АЭС, двадцать шестого апреля восемьдесят шестого года произойдет крупная техногенная катастрофа, в результате которой будет разрушен четвертый энергоблок. Указываются причины аварии и даже последствия. Кто это написал и почему оно у тебя?

— Всего я не могу рассказать, — тяжело вздохнул я. Сочинял прямо на ходу, хотя получалось весьма правдоподобно.