Сразу понял, что оторваться нам не получится. Не на такой машине и не с таким водителем.

А тут еще зарядил дождь, почти мгновенно превратившись в сильный ливень. Видимость резко упала, сцепление колес с дорожным покрытием стало заметно хуже. Всем известно, что едва подмоченный асфальт самый опасный за счет того, что у него ужасное сцепление с резиной.

Кузьмич ожидаемо сбавил скорость, но разогнавшаяся «Нива» неожиданно влетела в зад «Запорожцу». Нас сильно тряхнуло, я едва не разбил лбом лобовое стекло. Машина бестолково зарыскала по дороге, попала колесом в выбоину и едва не перевернулась. От таких маневров трава с крыши слетела на лобовое стекло, частично перекрыв обзор.

Не справившись с управлением, дед лихорадочно вцепился в баранку. Малолитражку правым боком вынесло на обочину, жестко понесло по грунту. Попытавшись затормозить, Кузьмич истошно закричал. Вдруг, лопнуло колесо.

Снова глухой удар — на этот раз сзади, справа. Чего добивался водитель «Нивы» я не понимал. Раздался мерзкий скрип металла, лязг и скрежет. В следующую секунду, кое-как схватившись за дверную ручку, в лобовом стекле я увидел быстро приближающийся ствол дерева.

Затем раздался громкий треск. Тяжелый удар, темнота…

Однако сознания я не потерял. Уже в следующую секунду догадался, что погоня закончилась. Капот машины, вместе с бампером превратился в жуткую гармошку, и хотя двигатель по компоновке находился сзади, вряд ли на горбатом можно было ехать. Лобовое стекло частично покрывала сетка из мелких трещин. Старик с закрытыми глазами, неподвижно лежал на руле, схватившись за него костлявыми руками. Лоб у него был в крови.

— Кузьмич? — я тронул его за плечо, но тот никак не отреагировал.

Проверил пульс — живой!

По крыше барабанил дождь, видимость просто ужасная. Противник где-то рядом. Сидеть и ждать появления кого-то из людей Клыка я не собирался.

Пассажирскую дверь я открыл с трудом — буквально выбил ее изнутри коленом.

Мешком вывалился на мокрую землю. В груди болело, голова кружилась.

Снаружи был настоящий ливень — видимость, в лучшем случае, составляла около десяти метров. Крупные холодные капли барабанили по всем горизонтальным поверхностям. Тут и там валялась скошенная зеленая трава. Кажется, это все-таки был камыш.

Вся задняя правая часть «Запорожца» была искорежена.

Поискал глазами «Ниву». Увидел.

Та лежала на левом боку, метрах в двадцати дальше. Фары были включены, но уцелела только одна, освещая перед собой мокрый асфальт. Лобовое стекло разбито, бампер оторван. Переднее правое колесо неестественно вывернуто.

Одна из дверей была открыта — наружу кое-как вылезло какое-то тело, в черной куртке. Человек явно был не в себе, пытался куда-то ползти.

Шатаясь и спотыкаясь на каждом шагу, я заковылял к машине. Мной завладела жуткая злость и ярость — несмотря на плохое самочувствие, я намеревался выяснить, что за уроды пытались нас сбросить с дороги. Совсем что ли сдурели?

Увидев меня, человек в куртке засуетился, сел. Неловко выхватил пистолет. Но прицелиться не смог — видимо с рукой было что-то не так. Подскочив к нему, я ногой выбил оружие из рук.

Наклонился, ухватил за шиворот мужика. Двинул кулаком в морду и тут же пожалел об этом — рука так и не зажила толком.