Я не большой знаток флота, но отчего-то есть у меня уверенность, что ничего серьёзного французы "Рюдзину" противопоставить не смогут. Насколько я помню, у Франции хоть и есть пара стареньких линкоров, но далеко от родных берегов они не уходят. Возраст у них уже не тот, чтобы от Франции до Филиппин бегать.

Вылетели из Сан-Винсента мы в два дирижабля. С собой я взял одного лишь премьера с переводчиком и Аю. На втором дирижабле летела пятёрка пилотов МБК.

За время полёта успел узнать обстановку в стране и основные политические расклады, ненавязчиво задавая вопросы в лучшем стиле князя Обдорина, под микроскопические дозы коньяка с лимоном. Должен заметить, усвоенная мной технология разговора себя неплохо оправдала. За два часа полёта узнал много нового.

Президент страны, Фе дел Барба, оказался седым мужчиной среднего роста, с высоким лбом и пронзительным взглядом тёмных глаз. Стоит заметить, что филиппинцы заметно отличаются от японцев и маньчжуров, и как по мне, то в лучшую сторону. Их президент так и вовсе больше похож на испанца, чем на жителя Азии.

Повёл Барба себя с самого начала очень вежливо и демократично. Особо перед Аю расстилаться не стал, но должное уважение проявил.

Разговаривали мы часа полтора. Вполне благожелательно. Идея расплатиться землями, которые им по сути не принадлежат, зато приносят беспокойство и проблемы, у президента отторжения не вызвала. Время нас поджимало, так что продолжение беседы мы отложили на вечер.

Меня с женой проводили в гостевые покои, а президент удалился на проведение дебатов с парламентариями, которые должны были закончится голосованием.

Впрочем, мы с ним обговорили, что если ему потребуется моя помощь, то я буду наготове. А уж я найду, что Парламенту сказать.

Несмотря на то, что враг уже был на пороге, а реальных сил, чтобы его остановить у филиппинцев практически не было, голосование прошло в нашу пользу с очень небольшим перевесом.

Смешные люди… Не понятно, на что рассчитывали те, кто голосовал против.

Кстати, надо мне будет озаботиться и списочек с голосами получить. Не исключено, что в местном Парламенте полно засланных казачков. А так, глядишь, хоть буду знать, чего и от кого можно ожидать.

Договор о взаимопомощи будет готов только завтра, а окончательно его утвердят лишь к вечеру. Если что — это рекордно короткие сроки для прохождения межгосударственного договора.

Так что раньше, чем послезавтра, у нас ничего не начнётся.

Чем хорош вечерний радиоэфир, так это повышенной дальностью связи. Даже не поднимаясь в воздух мне без особых проблем удалось связаться с контр-адмиралом и отдать команду на выдвижение к Маниле — столице Филиппин.

Заодно и целый караван дирижаблей пришёл в движение. С ними всё сложней, особенно, с грузовыми.

Лётное поле в Маниле есть, но оно никак не рассчитано на грузовые пятисоттонники. Случись порывистый ветер и местные чахлые причальные мачты наши громадины выдернут из земли, как морковку с грядки.

Радует погода. Дни стоят почти безветренные. Днём бывает лёгкий бриз, но к вечеру и он стихает. Надеюсь, мастерства пилотов хватит, чтобы разгрузиться без причальных мачт, ограничившись расчалками. Транспортники у меня военного назначения, так что они умеют и могут намного больше, чем их гражданские аналоги.

С президентом и премьером мы договорились встретиться на ужине, и лишь потом поговорить, а пока я отправил пару местных слуг искать Озерова.

— Вызывали, Ваш Сиятельство? — браво оттарабанил он прямо с порога.

— Проходи, — махнул я рукой, и с удовольствием потянулся, так как что-то чересчур засиделся над картами, разложенными на неудобным низком столике, — Как смотришь на то, чтобы завтра полетать немного?

— Я правильно понимаю, что раз вы решили сделать вид, что советуетесь со мной, то летать придётся над вражеской территорией и с изрядной долей риска? — с невозмутимым видом вскрыл Озеров мой хитрый заход издалека.