Хотя кого она обманывала. Он найдет ее везде, если захочет. А то, что снова захочет девушка не сомневалась.

Глава 8

Лилиан Мур по давней привычке любила засиживаться на работе до позднего вечера. Именно по ночам на нее частенько находило вдохновение, которое нужно было куда-то выплеснуть. До зуда кончиков пальцев, до зубной боли. И поскольку Лили была натурой не творческой, то все вдохновение направлялось на повышение раскрываемости в ее отделе. И сегодня, похоже, была такая ночь.

Ведьма по обыкновению сидела за своим черным лакированным столом и тщательно помешивала чай в чашечке, серебряной ложечкой. По часовой стрелке десять раз, против часовой стрелки семь раз. Она изящным движением руки аккуратно положила ложку на блюдце и как подобает истинной леди, поднесла фарфоровую чашечку к губам и осторожно отпила, делая маленький глоточек. Впрочем, леди Лили не была. И посмей бы ее кто так обозвать, ведьма, не моргнув и глазом, заговорила ему язык на пустословство. Аристократию Лили ненавидела всеми фибрами своей ведьминской души. Собственно было за что. Исключением был Карлайл, с которым она дружила не одну сотню лет.

Ведьма откинулась на спинку своего роскошного кресла и положила босые ступни на стол, метнув в сторону ботильонов убийственный взгляд. Эти сволочи натерли мозоли! Лакированные неумехи поспешили спрятаться в коморке, что служила для ведьмы архивом. От греха подальше.

Она презрительно фыркнула и принялась за чай время от времени бросая на боковую стену кабинета задумчивый взгляд. И чем меньше становилось в чашечке чая, тем сильнее начинали мерцать глаза ведьмы. Наконец она опустела, и тонкие пальцы с длинными черными ногтями медленно поставили хрупкую посудину на стол, а сама ведьма, ощутив как быстрее начинает бежать кровь по жилам, легко соскочила с кресла. Лили подошла к стене, где были расклеены фотографии и, склонив голову набок, не моргая странными сияющими глазами, стала рассматривать их.

— Так, так, та-а-ак… — хрипло протянула она, постукивая ногтями по подбородку.

Первая фотография была сделана более года назад. Натали Ройс незадолго до смерти. Высокая светловолосая девушка с задумчивыми карими глазами. В круглых несуразных очках. Фото было сделано для очередной олимпиады в колледже. Поэтому Натали с умным видом прижимала к груди учебники по высшей математике. Следующее изображение уже принадлежало ее телу, которое нашла в лесу на одном из популярных туристических маршрутов группа подростков. Растерзано до неузнаваемости. Следственный отдел долго не мог определиться с именем трупа, пока друзья Натали не заявили о пропаже. Это несомненно была она.

Следующее фото — Рози Майри. Ничего общего с Натали. Прогульщица и возмутительница всеобщего спокойствия. Рози тоже плохо видела, но это было единственное сходство между девушками. Яркая, дерзкая гулена.

Третья фотография Грейси Грин. Нежное одухотворенное лицо, короткие немного взъерошенные волосы, добрый взгляд и искренняя улыбка.

Лили напряженно думала и глаза от этого мерцали все ярче. «Что же с тобой произошло девочка? Что же?»

Тело Грейси обнаружил отец, который ночью услышав какой-то странный шум из комнаты дочери, недолго думая, выломал дверь подручными средствами. Картина, представшая его глазам, была шокирующая. Опрокинутый стул и Грейси, чьи ноги безжизненно болтаются в воздухе. Предсмертной записки обнаружено не было.

Лили долго изучала материалы дела. Несколько раз пересмотрела отчеты по вскрытию. Заключение одно и то же — самоубийство. Родители Грейси не верили, что она могла сотворить с собой такое. Лили бы на их месте то же не поверила, но факты говорили об обратном.

Четвертая из фотографий принадлежала Тамаре Остроуховой. Ее ведьма изучала дольше всех.