Оглянувшись, он увидел, что девушка бежит по берегу за ним.

Пирс остановился.

— Ты куда?

— Я с тобой!

— Нет!

— Да! Ты не оставишь меня здесь одну, Пирс. Я все же не полная идиотка.

— О чем ты говоришь? Я же сказал, что вернусь.

— Твоя уловка отнюдь не нова! — закричала девушка. — Неужели я не понимаю, почему ты так рано решил разбить лагерь? Хочешь меня здесь бросить, чтобы самому при свете дня успеть уйти как можно дальше. Но учти, от меня так легко не избавишься!

— Я об этом и не помышлял, — пожал плечами Пирс.

И это было правдой. Но ее идея была стоящей, и Мэллори удивился, почему она ни разу не пришла ему в голову. Ведь таким образом от этой сумасбродки действительно избавиться легче всего. Что может быть проще — оставить ее здесь и не вернуться. В течение часа, а может, и более длительного промежутка времени она не поймет, что ее бросили. А Пирс успеет оказаться довольно далеко отсюда, даже если учесть, что у него теперь болят не только укушенные пальцы, но и вся рука.

— Ты не можешь пойти со мной, — промямлил он. — Это… личное дело.

Элис прищурилась и через несколько мгновений густо покраснела. Поняла, что он хотел сказать. Или она подумала совсем другое. Пусть считает, что он ищет укромное место, чтобы опорожнить кишечник.

На лице девушки появилось подозрительное выражение.

— Я тебе не верю.

— Даю слово: я вернусь.

— Мне этого недостаточно. — Он заметил, как Элис задумчиво оглядела его с ног до головы. Потом она неожиданно улыбнулась: — Оставь свой мешок в качестве залога.

— Что?

— Мешок. Оставь его мне, и я буду уверена в твоем возвращении.

Тяжело вздохнув, Мэллори бросил мешок на землю и, наклонившись, стал искать в нем свою единственную смену одежды — грубую льняную рубаху, которая была на нем в тот день, когда Беван напал на него. И хотя самые большие дыры были зашиты неопытной рукой монаха, на рубахе имелось несколько крупных коричневых пятен от крови Пирса. Они остались даже после того, как его одежду тщательно выстирали в аббатстве.

— О нет! — закричала Элис и, подбежав, вырвала мешок из рук Пирса. — Если то, что ты ищешь, тебе нужно, ты за этим вернешься.

Мэллори нахмурился. Несколько мгновений он раздумывал, что лучше: отобрать у нее вещи силой или попросту придушить хитрую бестию, разом решив все проблемы. В первом случае можно не сомневаться, что она отправится за ним и станет свидетельницей его купания. А придушить ее он все-таки был не способен, хотя ему очень этого хотелось. Поэтому он поступил проще — вытащил рубаху наружу.

— Это всего-навсего чистая рубаха, — сообщил он, потряс ею перед носом девушки и пошел к берегу. — Я не ускачу на ней в Лондон, можешь не сомневаться. Просто позволь мне на некоторое время уединиться и спокойно вымыться. И позаботься о моей поклаже.

— С радостью! — крикнула Элис ему вслед. — Не скучай обо мне слишком сильно. Наслаждайся уединением!

Пирс вздрогнул и обернулся:

— Должен заметить, что у тебя слишком болтливый язык для воспитанной леди.

Элис улыбнулась, помахала ему рукой и полезла вверх по обрыву к навесу.

— Я могу задержаться, — громко сообщил Пирс. — Не волнуйся.

Девушка молча отмахнулась и даже не взглянула на него.

И он сразу начал скучать.

Элис не понадобилось много времени, чтобы разбить свою часть лагеря. Ей попросту нечего было распаковывать. Под глухой шум воды она забралась на площадку под выступом и бросила свои вещи как можно дальше от края.