— Я должен точно знать, на что способен, прежде чем отправиться в путь.

Они неторопливо пошли к центру деревни. Вокруг резвились дети. Их громкие крики приглушал рыхлый глубокий снег. Деревня оказалась в пушистом коконе, обезопасившем ее от любых вторжений.

— Может быть, тебе стоит еще пару дней подождать? — осведомился Айра. — Ты еще не окреп. Делу не поможет, если ты, добравшись до Лондона, опять свалишься в лихорадке. Твоя благородная девица не сумеет о тебе позаботиться, ежу понятно.

«Разве она моя?» — подумал Пирс, а вслух сказал:

— Она сделала все, что могла.

Дед и внук подошли к костру. Это был очень большой костер — в обхвате как наземная хижина. Пламя поднималось на высоту в два человеческих роста.

— И я больше не заболею. Я прекрасно себя чувствую и хорошо отдохнул. — Он сделал паузу, не зная, что именно сказать старику перед уходом, но потом решил признаться во всем. — Когда мы доберемся до Лондона, я намерен отослать Элис домой.

Даже не поворачиваясь, Пирс уголком глаза видел, что старик изумленно воззрился на него. Он явно не ожидал услышать столь шокирующее признание.

— А как же кольцо Фоксов?

— Это не закон.

— Конечно, нет, — согласился Айра с большой, по мнению Пирса, готовностью. — Думаешь, она подчинится твоим желаниям?

Пирс пожал плечами:

— Для нее же лучше жить привычной жизнью в своем кругу. Да и, возможно, когда все кончится, она не захочет меня больше знать.

— Пожалуй. А может, и нет, — задумчиво проговорил Айра. — Как бы то ни было, это самая умная вещь, сказанная тобой, с тех пор как ты появился здесь.

— Ей необходимо быть со своей семьей, — повторил Пирс. — Тебе тоже. — Он остановился и повернулся к Айре. Старик сделал то же самое. — Я решил, закончив дела в Лондоне, вернуться за тобой. Я хочу, чтобы ты отправился вместе со мной в Гилвик.

Он взглянул на костер и увидел Элис, сидящую рядом с Тайни.

— Поверь, парень, я тоже этого хочу, — спокойно ответил Айра. — Но не могу их оставить. Мы все здесь — одна семья.

Мэллори взглянул в глаза старика:

— Я знаю. Поэтому предлагаю вернуться всем. Места хватит. Если ты скажешь им правду — что я твой родной внук, — они пойдут за тобой.

Айра некоторое время задумчиво разглядывал Пирса, потом отвернулся и устремил взгляд на танцующие языки пламени, отбрасывающие на его морщинистое лицо разноцветные блики.

— Человеку очень трудно возвратиться туда, где ему пришлось пережить так много боли. Да и, возможно, король откажет тебе, поскольку ты не знаешь, кто настоящий отец Бевана. А это родимое пятно — всего лишь слух. Речь идет о твоем слове против слова той мерзкой стервы. Еще неизвестно, кому поверит Эдуард.

Пирс кивнул. Он заметил, что Элис радостно машет ему, и поднял руку в ответном приветствии.

— Правда, у меня нет никаких доказательств истинного происхождения Бевана. Я сам видел отметину на его груди, так что это вовсе не слух. Если король не решит дело, в мою пользу, полагаю, я смогу жить здесь с вами. Надеюсь, местные обитатели меня не отвергнут.

Старик еще раз всмотрелся в лицо Мэллори и снова отвел глаза.

— Как пожелаешь, парень. Если удача от тебя отвернется, помни: здесь тебя всегда ждут. Если решишь поселиться здесь, я буду только рад.

— Я тоже, — улыбнулся Пирс. — Но надеюсь, что ты все же обдумаешь мое предложение. Поговори с людьми. Подумайте.

Айра кивнул:

— Обещаю.

Пирс похлопал старика по костлявому плечу и через толпу жителей деревни направился к Элис.