Глава 18

– Прювейт, яичницо, – возник на пороге кухни следующим утром Левка и обратился к своему завтраку.

– Ах Левка, до чего же я рада, что ты дома! – я обняла сына и, не удержавшись, принялась щекотать. Он рассмеялся, увернулся и неожиданно строго спросил:

– Какая-то ты слишком ласковая с самого вчерашнего вечера. Какие-то планы насчет меня?

– Да ты прямо Шерлок Холмс, сын, – пришлось признать мне необычайные дедуктивные способности наследника и, вздохнув, объяснить насчет планов: – Я ужасно занята на работе. Не хочешь с папой в село к дедушке с бабушкой съездить? У него как раз отпуск…

Меня ждала новая работа, и, пока я планирую быть в офисе, за сыном нужно кому-то присматривать.

– К бабуле с дедулей? Конечно, хочу! Спрашиваешь? И не надо испытывать комплекс вины. У меня большие планы на твою зарплату главного редактора!

Я улыбнулась. Это хорошо, что у сына мое своеобразное чувство юмора. Значит, я смогу с ним всегда общаться без проблем!

Артем перспективе провести с сыном две недели на природе обрадовался. А мне было грустно: не успела насладиться обществом ребенка, как снова выпихиваю его из дома! Поэтому решено было перенести их отъезд на понедельник, и я получила прекрасные выходные с Левкой.

Мы ходили в парк, в кино и на аттракционы. Я заряжалась энергией и любовью сына, словно аккумулятор от источника питания. Ни о чем не думала, просто радовалась моменту и зная, что сейчас я нахожусь именно там, где и должна быть: со своей семьей, то есть – с Левкой.

В понедельник утром Артем заехал за Левой, мы погрузили его сумку с вещами в багажник, и они уехали. Я знала, что сын радуется поездке; и все равно, печаль не отпускала все утро. Чтобы не дать разгуляться хандре вкупе с чувством вины, я быстренько собралась и отправилась трудиться над нашим новым журналом.

А нам по-прежнему срочно нужен был дизайнер.

– Слушай, может, Гришку из «Моего города» переманим? Он вроде бы ничего, – сказала Светлана.

Я вспомнила Гришу. Однажды я зашла в комнату к дизайнерам, где он ломал голову над рекламным объявлением, и обратился ко мне с вопросом: «Тина, как лучше сократить – «Большая Ж.» или «Б. Житомирская»? «О чем это ты, Гриша?» – спросили тогда я, имея в виду двусмысленность предложенных сокращений. «Да о названиях улиц. Полностью Большая Житомирская не помещается». «Может, лучше дизайн изменить», – резонно предложила я. На что Гриша ответил, что я ни черта в дизайне не смыслю.

– А ты знаешь, что он шансон слушает? – справившись с воспоминаниями, спросила я Светку.

– Ужас. Отказать. А ты как узнала?

– Да он как-то мою статью рекламную верстал. И исправил в адресе бульвар Лепсе на бульвар Лепса. Конечно, пламенные революционеры сегодня не в почете; но и исполнитель шансона тоже на кумира миллионов явно не тянет…

Мы разместили объявление о поиске сотрудника и следующие три дня занимались поиском дизайнера.

На собеседование приходили разные типы. Женский журнал они видели или как мужской (только преимущественно в розовом цвете), или как бюллетень о здоровье для районной поликлиники, или как упаковку для пирожных с цветочками.

…Дима явился в каких-то широченных штанах, в очочках и со своей неизменной сатанинской бородкой.